Как Фелпс обогнал Латынину. Американский пловец обновил рекорд, который казался вечным – 19 медалей на Олимпиадах!

Вечер для Фелпса начался паршиво. Вы видели, как он проиграл двухсотметровку баттерфляем?! Начал заплыв мощно и шел первым после 150 метров…
Да, Майкл тут в Лондоне остался без медалей на 400 м комплексом, взял только серебро в эстафете 4х100 м кролем. Король медленно сползал с трона – Фелпс уже объявил, что завершает карьеру после этих Игр. Но баттерфляй, свой верный кусок хлеба с черной икрой, великий американец не отдал бы никому даже в полумертвом состоянии.
Так казалось тогда, после 150 метров. Майклу оставалось пройти не больше четверти пути.
А потом – как в песне: «Закричал дрессировщик, и звери клали лапы на носилки. Но строг приговор и суров». Двадцатилетний южноафриканец Чед Ле Кло накатил на финиш, а у Фелпса резко кончились силы. Он сдулся на глазах, как шарик, не попал в касание. И проиграл 0,05 секунды. За это время не успеешь даже моргнуть.
Конечно, все вспомнили Пекин. Эпический заплыв на 100 м баттерфляем. Самый драматичный в карьере Фелпса. Тогда он был собакой, настигавшей резвого кролика – серба Милорада Чавича, который летел к победе, как линкор «Смелый». Но Майкл с касанием угадал, с силой впечатав руку в бортик, и выгрыз 0,01 секунды. Они и принесли ему золото.

В голову лез заголовок, игра английских слов: «EPIC FAILps» – «Эпический провал Фелпса». Причем PS – как постскриптум в карьере пловца.
Майкл в легкой прострации стоял на тумбочке, когда ему на шею вешали серебряную медаль. Но, так или иначе, он уже вошел в историю. Тем, что повторил рекорд Ларисы Латыниной по количеству наград на Олимпиадах за карьеру (по 18). Однако Фелпс на 50 лет моложе, и в этот вечер его ждал еще один финал.
4х200 м вольным стилем. Эстафета, которую называют гордостью нации. Американцы за всю историю Олимпиад оставались на этой дистанции без медали только однажды – в 1980 году в Москве. И сами помните, почему.
Сейчас мог помешать только фальстарт. Но его не случилось. Товарищи передали эстафету Майклу с отрывом больше четырех секунд. Если бы Фелпс плыл на спине, гребя одной рукой и поплевывая в потолок, – все равно не разбазарил бы такую фору. Хотя за ним гнался дерзкий француз Янник Аньель, взявший уже два золота в Лондоне, и одну секунду у Фелпса он все-таки оттяпал.
Прямо на бортике Майкл, у которого заметно поднялось настроение, дал интервью: «Я благодарен ребятам за то, что помогли мне побить рекорд всех времен. Моей заслуги в этом золоте немного. Я просто делал свою работу.
Перед стартом эстафеты попросил парней, чтобы они создали максимально возможный отрыв. Потому что с Аньелем очень тяжело соперничать. И если бы у меня не было такого преимущества, я еще не знаю, чем бы все закончилось».

Фелпс и сам понимает, что его время уходит. Но в Лондоне он еще поплывет 100 м баттерфляем, 200 м комплексом и комбинированную эстафету 4х100 м. Навскидку можно сказать, что это серебро, бронза и еще одно золото в коллекции чемпиона. То есть количество медалей Фелпс готов довести вообще до 22! Ну а потом можно вбивать гвоздь-сотку в стену дома в Балтиморе и вешать на него свои черные шорты.
Как Латынина отреагировала на то, что ее рекорд теперь принадлежит другому? Лариса Семеновна поздравила Майкла Фелпса и сказала, что совершенно спокойно относится к этой ситуации:
– Рекорд и так продержался почти полвека. Когда-то его нужно было обновить. Фелпс – тот самый человек. Очень талантливый пловец, который доказывает это уже на четвертой своей Олимпиаде. Постоянно выдает результат и завоевывает медали.
…Организаторы думают о том, чтобы Латынина приняла участие в следующей церемонии награждения Фелпса, это было бы символично. Да и сама Лариса Семеновна этого хочет.
Ну а Майкл в интервью вспомнил, как в марте этого года встретился с Латыниной в Нью-Йорке и поговорил с ней через переводчика.
– Для меня – большая честь, что я познакомился с легендой олимпийского движения, – сказал Фелпс. – Мы хорошо общались, даже шутили. Я не хочу, чтобы меня сравнивали с Латыниной. Она была величайшей гимнасткой и все равно останется лучшей. Я же плаваю для того, чтобы после Лондона сказать самому себе: «Да, парень, ты сделал все, что мог. Выжал все из каждого шанса. Тебе не в чем себя упрекнуть».
И кто скажет, что это не так?