Бонусы букмекеров
ЭКСКЛЮЗИВОсетинский борец Рустам Тотров, уступивший иранцу Резваи в финале греко-римской
борьбы в категории 96 кг решением судей, уверен, что все соперники на
играх были ему по силам.
- Поздравляем с серебром Олимпиады!
- Спасибо, но мне очень хотелось золота. Вот и чувствую я себя сейчас так, как будто...
- Как будто победу отняли?
- Нет. Но я надеялся победить.
- Все борцы, которые выступали сегодня здесь — вам по силам?
- Все по силам. Хотя ковер показал, что иранец, получается, не совсем по силам. Он сначала не давал мне сделать захват, когда стоял в партере. Локти прижатыми держал. Потом уже оказались на краю ковра. Получилось так, что по нашим правилам кто первый выступает за линию при борьбе из партера, то проигрывает балл. У меня была безвыходная ситуация. Мне пришлось рисковать. И я видел, что рука иранца первая вышла за ковер. Но судьи оценили в его пользу. Хотя в другом случае, возможно, два балла получил бы я.
- Вы успели посмотреть видеоповтор?
- Еще не успел. И с тренерами не успели обсудить то, что сучилось. Но я знаю, что во время взмаха Резваи первый зашел за ковер.
- То есть вы считаете, что не завоевали сегодня серебро, а проиграли золото?
- Нет, я, конечно, рад олимпийской награде. И благодарен за нее богу. Но все-таки хотел , чтобы она была другой. Поэтому и состояние сейчас такое... Непонятное.
- Что вы сказали самому себе сразу после финальной схватки, когда стояли на ковре на коленях?
- Я в таком состоянии был, что не помню ничего.
- По сравнению с большинством фаворитов борцовского турнира у вас немного успешного международного опыта. Это могло сказаться в финале?
- Возможно, что и так. Волнение новичка олимпиады — нормальное состояние. Тут главное не перегореть.
- Опыт иранца ему помог. Но вы все же не считаете его сильнее.
- В Иране сильная борцовская школа. НО с ним можно бороться на равных.
- Шведы собирались подать протест на судейство вашей схватки с Лидбергом.
- Я никаких правил в той схватке не нарушал. Вот и все что могу сказать по этому поводу. Я в партере отстоял, мне дали балл. Вот и все.
- Вы говорили, что успехи на Играх - это толчок к развитию классической борьбы в Осетии, где, как известно, сверхпопулярна все же вольная борьба...
- У нас, действительно, сейчас все больше стали заниматься классикой. Возможно, мой пример приведет ребят в спортзалы. Я сам занимался вольной борьбой, но ближе к школе оказалась секция греко-римской. Так и пошло.
- Без больших международных побед вы пробились на Олимпиаду.
- Но я победил на Кубке Поддубного и в чемпионате России. А это отборочные турниры к Олимпиаде. Там победить очень сложно — там самые достойные соперники.
- Нельзя предположить, что как раз на майском чемпионате страны и был ваш пик формы?
- Там я был хорошо готов, но не могу сказать, что здесь, в Лондоне я не в форме. У всех по разному — у кого-то только один пик в году, у кого то два.
- Как собираетесь отдыхать?
- Поеду на море. А там посмотрим.
- Поздравляем с серебром Олимпиады!
- Спасибо, но мне очень хотелось золота. Вот и чувствую я себя сейчас так, как будто...
- Как будто победу отняли?
- Нет. Но я надеялся победить.
- Все борцы, которые выступали сегодня здесь — вам по силам?
- Все по силам. Хотя ковер показал, что иранец, получается, не совсем по силам. Он сначала не давал мне сделать захват, когда стоял в партере. Локти прижатыми держал. Потом уже оказались на краю ковра. Получилось так, что по нашим правилам кто первый выступает за линию при борьбе из партера, то проигрывает балл. У меня была безвыходная ситуация. Мне пришлось рисковать. И я видел, что рука иранца первая вышла за ковер. Но судьи оценили в его пользу. Хотя в другом случае, возможно, два балла получил бы я.
- Вы успели посмотреть видеоповтор?
- Еще не успел. И с тренерами не успели обсудить то, что сучилось. Но я знаю, что во время взмаха Резваи первый зашел за ковер.
- То есть вы считаете, что не завоевали сегодня серебро, а проиграли золото?
- Нет, я, конечно, рад олимпийской награде. И благодарен за нее богу. Но все-таки хотел , чтобы она была другой. Поэтому и состояние сейчас такое... Непонятное.
- Что вы сказали самому себе сразу после финальной схватки, когда стояли на ковре на коленях?
- Я в таком состоянии был, что не помню ничего.
- По сравнению с большинством фаворитов борцовского турнира у вас немного успешного международного опыта. Это могло сказаться в финале?
- Возможно, что и так. Волнение новичка олимпиады — нормальное состояние. Тут главное не перегореть.
- Опыт иранца ему помог. Но вы все же не считаете его сильнее.
- В Иране сильная борцовская школа. НО с ним можно бороться на равных.
- Шведы собирались подать протест на судейство вашей схватки с Лидбергом.
- Я никаких правил в той схватке не нарушал. Вот и все что могу сказать по этому поводу. Я в партере отстоял, мне дали балл. Вот и все.
- Вы говорили, что успехи на Играх - это толчок к развитию классической борьбы в Осетии, где, как известно, сверхпопулярна все же вольная борьба...
- У нас, действительно, сейчас все больше стали заниматься классикой. Возможно, мой пример приведет ребят в спортзалы. Я сам занимался вольной борьбой, но ближе к школе оказалась секция греко-римской. Так и пошло.
- Без больших международных побед вы пробились на Олимпиаду.
- Но я победил на Кубке Поддубного и в чемпионате России. А это отборочные турниры к Олимпиаде. Там победить очень сложно — там самые достойные соперники.
- Нельзя предположить, что как раз на майском чемпионате страны и был ваш пик формы?
- Там я был хорошо готов, но не могу сказать, что здесь, в Лондоне я не в форме. У всех по разному — у кого-то только один пик в году, у кого то два.
- Как собираетесь отдыхать?
- Поеду на море. А там посмотрим.