– Команда не справилась с первым темпом бразильянок. Мы не были к этому готовы?
– Были. Мы разбирали игру бразильянок перед матчем и, конечно, обращали внимание на это.
– Тем не менее ни разу первый темп не остановили.
– Значит, молодцы первый темп.
– Было ощущение, что команда Бразилии лучше готова к игре?
– Вы так говорите, как будто они хорошо подготовились, а мы плохо. Это не так.
– На вас выпала слишком большая нагрузка.
– Не только на меня, а на всех трех основных крайних нападающих. Учитывая, что первым темпом мы играем не так много, нагрузка почти всегда ложится на эту тройку.
– Когда в четвертом сете повели 6:2, могли дожать бразильянок?
– На самом деле четыре очка – это не такой уж большой разрыв. Тем более это было на нашей подаче и их съеме, то есть это уже 6:3. Конечно, можно было удержать это преимущество. Не получилось.
– С трибуны показалось, что вам не хватило сил в концовке.
– Хотелось бы, чтобы их было больше. Но получилось так, как получилось.
– Был ли в таком случае смысл в пятисетовой зарубе с итальянками в последнем матче в группе?
– Вы считаете, что нам надо было сдать игру?
– Не сдавать, просто не перенапрягаться.
– Наша команда никогда не сдает игры или выбирает соперника. Тем более на этой Олимпиаде уже был прецедент, когда бадминтонисток дисквалифицировали за то, что они не хотели выигрывать. И правильно сделали.
– Но вы же знали, что попадете на Бразилию или Турцию.
– Вот именно, что могла быть и Турция. Если мы выходим на площадку, мы выходим бороться.
– Для себя вы воспринимали Игры в Лондоне как последний шанс стать олимпийской чемпионкой.
– Нет, я воспринимала турнир просто как Олимпийские игры.
– Вы останетесь в сборной до Олимпиады в Рио?
– Думаю, что нет. Почти наверняка этот матч был последним для меня на Играх.
Бразильская самба. Российские волейболистки проиграли бразильянкам, не использовав шесть матчболов





