Победитель кенийца и человек без страны. Открытиями марафона стали россиянин Реунков и экс-беженец Мариаль из Южного Судана

– Я хорошо пробежал, доволен, – Реунков говорит после финиша дежурные слова, но вы бы видели при этом его глаза! Может российский спринтер обогнать Усэйна Болта? Вот примерно с такой же вероятностью оценивались шансы Реункова превзойти кого-то из кенийцев. Тем более самого Мутаи – серебряного призера чемпионата мира-2009 и победителя прошлогоднего Лондонского марафона. При этом совершенно не важно, что борьба велась во втором десятке: Реунков стал 14‑м, а Мутаи – 17‑м. У любого российского марафонца комплекс перед африканцами. Эта мини-победа, возможно, первый шаг к революции сознания.

– Не ожидал, обошел кенийца и пару эфиопов! – после финиша Реунков счастлив. – Когда достал Мутаи, до финиша оставалась пара миль. Пробежал мимо него, оглянулся и не поверил своим глазам: он буквально «плыл», даже не пытался зацепиться за мной. Вы представьте, у них в Кении был такой жесткий отбор, что решение по составу команды принималось чуть ли не на государственном уровне. А я обгоняю такого человека!

– Да, на старте стоял с бутылочкой воды. Только ее отбросил, через пару минут все во рту пересохло. Никогда в жизни на марафоне столько не пил, не пропускал ни один пункт питания.

– Сначала мне вообще не бежалось. Может, недоразмялся. Быстро понял, что запланированный темп 3.06 на километр не выдержу. Сбавил скорость, решил ориентироваться по ходу дела. А потом вдруг почувствовал себя лучше, обогнал нашего Диму Сафронова, стало легче на душе. Позвал Диму бежать с собой, он не смог.

– Я рукой махнул и крикнул: «Дим, пошли, если можешь!». Но он пробежал со мной буквально пять метров, потом отстал.

– Последний раз я бежал марафон прошлой осенью. Потом руководство приняло решение, чтобы я не стартовал весной в коммерческом марафоне и целенаправленно готовился к Олимпиаде.

– Вы что, зачем мне коммерческие старты, когда тут на кону престиж страны? Если бы стартовал весной в марафоне, на Олимпиаду меня бы уже не взяли. А выступить здесь было мечтой детства. Помню, как мальчишкой смотрел Игры по телевизору, представлял, как стою со всеми этими звездами на линии старта.

– Мои гонорары вообще сложно сравнить с Лилиными. Они различаются, наверно, в сотни тысяч раз, – смеется Реунков.

Мариаль внешне ничем не отличается от других: только форма на нем какая-то непонятная, без национальной принадлежности. Напротив фамилии в протоколе стоят три буквы IOA – Independent Olympic Athlete (независимый олимпиец. – Прим. ред.). Впервые в олимпийской истории на мужском марафоне спортсмен выступает сам за себя.

По истории Мариаля впору снимать блокбастер про войну с элементами мелодрамы. Восьмилетний мальчик из Южного Судана во время гражданской войны попадает в лагерь беженцев. Там гибнут восемь из десяти его родных братьев и сестер. Гуору чудом удается бежать, он на перекладных добирается до соседнего Египта. Все это мальчик в 10 лет проделывает в одиночку, родители остались в лагере.

В Египте Мариаль находит семью дяди, однако вскоре туда наведываются солдаты. Дядя погибает, мальчик получает тяжелые травмы. Лишь спустя семь лет, в 2001‑м, Мариалю с тетей удается добиться политического убежища в США.

– Гуор, как вам удалось отобраться для участия в Олимпиаде, пребывая в статусе беженца? – в смешанной зоне суданец, несмотря на 47‑е место на финише, популярнее чемпиона.

– Меня заметил школьный учитель физкультуры. Как-то он попросил меня пробежаться, я бежал час и даже не вспотел. Понимаете, в моем детстве умение быстро бегать было вопросом выживания. Постоянно приходилось спасаться от людей, которые пытались меня убить, – Мариаль улыбается, но его голос остается стальным.

– В Южном Судане пока нет Олимпийского комитета. Мне предлагали выступать просто за Судан, но я был бы предателем, если бы согласился. Я предал бы память восьми моих братьев и сестер и тысяч людей, погибших во время войны за независимость.

– Подал все документы, сдал отпечатки пальцев, прошел процедуру интервью. Все-таки уже больше десяти лет живу в США. Но официальное решение по мне пока не принято. Если бы я был гражданином США, конечно, мне не пришлось бы на Играх представлять самого себя.

– Я вообще не видел родителей с 1993 года. Знаю, что они живы, но остались в Судане. В Америке мы живем с тетей. Она, конечно, смотрела телевизор и ужасно горда за меня.

1. Стивен Кипротич (Уганда) – 2:08.01. 2. Кируи – 2:08.27. 3. Уилсон Кипсанг Кипротич (оба – Кения) – 2:09.37… 14. Реунков – 2:13.49… 23. Сафронов – 2:16.04… 37. Андреев (все – Россия) – 2:18.20.