Старейший член МОК Виталий Смирнов: Антироссийский заговор – выдумка!

С 7 по 10 сентября Виталий Смирнов работал в Буэнос-Айресе. На 125‑й сессии МОК он в составе российской делегации избирал столицу летних Игр-2020, голосовал за нового президента Олимпийского комитета и отстаивал борьбу в программе Олимпиады.

– Первым на сессии МОК презентовали Стамбул. Для турецкого мегаполиса попытка получить Олимпиаду стала уже пятой. Что подчеркивало настойчивость турок в их любви к спорту высших достижений. О Стамбуле рассказывал их премьер-министр. Он поведал об уникальном тоннеле под Мраморным морем. Напомнил о том, что город соединяет два континента, и об экономическом росте. Сказал о троекратном увеличении рождаемости и о том, что турецкий бюджет Игр – самый маленький для городов-кандидатов (3 млрд. долларов. – Прим. ред.), – загибает пальцы Виталий Георгиевич. – А члены МОК, в свою очередь, понимали, что страны исламского мира до сих пор ни разу не проводили Олимпийские игры. Аргумент серьезный.

– Дело в безопасности: Сирия рядом, курдская проблема не решена. Я не раз был в Стамбуле. У меня не сложилось ясного впечатления, что город готов к Олимпиаде.

– Испанцы гордились развитым туризмом и почти полной готовностью олимпийских объектов. Они обещали, что объекты Олимпийской деревни передадут молодым семьям. Мадрид отлетел после второго тура, а уже в финале Токио превзошел Стамбул с громадным преимуществом.

– В плане безопасности, организации и экологии японцам нет равных.

– На презентации этот вопрос возникал. На него дал четкий ответ японский премьер. Он утверждал, что из некогда пораженных водоемов сейчас можно пить воду. Многих выступление впечатлило, меня же, наоборот, насторожило. Наши СМИ сообщали, что норма радиации в районе Фукусимы серьезно превышена. Получается несоответствие. Впрочем, все равно большинство проголосовали за Токио. Одна из главных причин – вероятность срыва Олимпиады в столице Японии критически мала.

– Самаранч изменил мир. Он добился исключения самой возможности бойкота Игр. Маркиз научил МОК зарабатывать деньги. Он открыл олимпийские врата для профи и женщин. Вспоминаю первые успешные в финансовом плане Игры. На Олимпиаде-84 американцы делали настоящий бизнес. Продавали участие в эстафете олимпийского огня за пять тысяч долларов. Под конец правления Самаранча у МОК образовался стабилизационный фонд в 100 млн. долларов на случай, если какая-то из Олимпиад сорвется. К чести Рогге он не только сохранил великое наследие Самаранча, но и, например, Рогге  увеличил стабфонд почти до миллиарда. Бельгиец много сделал для олимпийского движения. На правах старейшего члена МОК я от лица всей организации предложил назначить Жака почетным президентом Олимпийского комитета.

– Не назвал бы это войной. Но борьба серьезная. Самаранч считал, что по влиянию в мире глава МОК – второй человек после папы Римского. Только подумайте: миллиарды людей следят за Играми, это событие оттесняет на обочину все другие, а какие денежные потоки проходят через организацию?

– Значительно шире. Посмотрите на кандидатов на должность президента. Например, второе место занял кандидат от Пуэрто-Рико Ричард Каррион. Человек, находившийся ближе к американскому лагерю, признавался, что финансовые вопросы интересуют его больше, чем спорт.

– У стран бывшего СССР в МОК нет постоянного союза.

– Действовать под копирку друг друга не заставляем. Всегда встречаемся с Александром Поповым и Шамилем Тарпищевым до заседаний: обсуждаем повестку, делимся впечатлениями. До сих пор наши итоговые предпочтения совпадали.

– Сергей – великий спорт-смен. Но его международный опыт пока не позволяет занимать столь высокий пост. Так вот, чтобы возглавить МОК, великим спортсменом быть недостаточно – во главе должен быть великий организатор. В Олимпийском музее в Лозанне стоит памятник рекорду Бубки – штанги поддерживают рейку на высоте 6,15. Я спрашивал у Сергея, как ему удалось так взлететь. А он в ответ лишь качал головой: «Сейчас – сам не знаю». Кто знает, куда он взлетит на следующих выборах в МОК через восемь лет…

– На Олимпиаде-76 в Монреале я общался с великим бизнесменом и олимпийским деятелем Хорстом Дасслером (сыном основателя «Адидас» Ади Дасслера. – Прим. ред.). Хорт не только выступил против бойкота Игр в Москве – он экипировал многие сборные к Олимпиаде-80. Тогда Дасслер указал на не известного мне спортсмена, выигравшего золото в рапире: «Этот парень лет через тридцать станет главой МОК», – сказал Дасслер. «Этим парнем» был Бах. Томаса отличают честность и отменное образование. Он – один из двух членов МОК за всю его историю, которого трижды избирали вице-президентом. Бах – юрист. Он руководил самыми важными и сложными комиссиями МОК, отвечал за юридические и допинговые проблемы. В его компетенции были сложнейшие задачи: например, дисквалифицировать ли спортсменов в ходе Игр, когда решение надо принимать в считанные часы.

– Я Томаса хорошо знаю. Пару дней назад он набрал мой номер уже из президентского кабинета и пригласил на заж-жение олимпийского огня в Грецию. Кстати, Бах рассказал, кто первым поздравил его с избранием.

– Владимир Путин позвонил немцу до объявления результатов. Как Президент России узнал об итогах тайного голосования в Аргентине – остается только догадываться.

– В последние годы они общались не раз. Крайняя по времени встреча состоялась на исполкоме МОК в Санкт-Петербурге. Беседа шла на немецком. Для Баха Олимпиада в Сочи, словно собственная театральная премьера – важнейший этап в жизни. С приходом Томаса мы надеемся на настоящий прорыв.

– Конкуренты не произвели достаточно мощного впечатления.

– Славной историей! Но на сессии МОК не обошлось без волнений. В делегации борцов я не увидел представителей России. Подумал, может, это тактический ход. Мол, Россия не идет в лобовую атаку на МОК, пытаясь любой ценой сохранить «свой» вид спорта. Но есть и другая точка зрения: среди россиян не нашлось великих спортсменов, рискнувших пространно изложить свою позицию на иностранном языке.

– Мы вложили в него много информации. Он сделал все как надо. Не стал бодаться с МОК, пошел на требуемые изменения. Проблем было много. Тут и аура экс-президента Рафаэля Мартинетти, при котором борьбу мучила коррупция. И зрелищность соревнований, которая падала. Широкая публика слабо ориентировалась в сложных правилах, делавших борьбу элитарным видом спорта. Мы стали забывать о красивых бросках, мостах. Будем надеяться, что едва не случившееся несчастье поможет борьбе вернуть позиции.

– Нет, напротив, они быстро куда-то исчезли (смеется)...

– Об этом факте рассуждают как о большой победе, – размышляет вслух Смирнов. – Да, у России, как и у США, Италии и Швейцарии, в МОК сейчас по четыре представителя. Это я, Шамиль Тарпищев, Александр Попов и Александр Жуков. Но давайте посмотрим в будущее. Все ли так радужно? Я – постоянный член МОК, но мой мандат истекает 31 декабря 2015 года. Без права замены. Далее – Попов, четырехкратный олимпийский чемпион, отлично владеющий иностранными языками, входит в несколько важных олимпийских комиссий. Но в МОК он присутствует со стороны спортсменов, не имеет постоянного членства. Срок его полномочий завершается через год после меня. У нас остаются Жуков и Тарпищев. Но один серьезно вовлечен в политику, другой – с головой погружен в теннис. А ведь для того чтобы войти в исполком МОК, нужны, скажем так, полная занятость и инициатива. Например, Жан-Клод Кили за последнее время 35 раз (!) посещал Россию с инспекциями Сочи.

– Спорт целиком в руках у Виталия Мутко. Это – мое твердое убеждение. Он в курсе всех дел и крепко держит в своих руках бразды правления.

– Меня до глубины души волновало, а придут ли зрители в «Лужники»? Я вспоминал, что на легкоатлетических стартах на Олимпиаде в Сиднее по 170 тысяч в день приходили на стадион! В Москве в 1958 году в самый разгар холодной войны на легкоатлетическом матче СССР – США народу было битком. Тогда столица замерла в ожидании гладиаторской битвы, а спортсмены держав-соперниц вышли, обнявшись, как братья. Люди плакали, увидев такое.

– Под занавес нынешнего чемпионата трибуны «Лужников» стали заполняться. Спасали Лена Исинбаева, Аня Чичерова, Усэйн Болт. Но они – с обложки. А ведь других легкоатлетов у нас так никто и не знает.

– В стране странные вещи происходят. Я смотрел чемпионат мира по водным видам спорта. Комментатор сначала заявил: «Наконец-то плавание показывают, как футбол»! Но спустя считанные минуты прервал трансляцию со словами: «Извините, но переключаемся на матч «Рубина» в Лиге Европы». Это же кощунство! Какой футбол?! На этой неделе мы видели, как наши в еврокубках выступили. Понятно же, что и испанцы, и немцы – команды другого уровня. Мы играем в футбол худшего качества. Так зачем же о своей заштатности постоянно трубить?

– Не раз обсуждал на высоком уровне, что на пропаганду неигровых видов спорта выделять деньги должно государство. Например, немцы в выходные показывают греблю, тяжелую атлетику, гимнастику... То же самое должно быть и у нас. Давайте стимулировать СМИ, чтобы они писали о гребле, беге, приглашали грамотных специалистов.

– Обобщение голландца неуместно. Иностранных тренеров нужно приглашать точечно. И лишь в те виды спорта, где у России нет больших традиций. Причем в штабах зарубежных специалистов должны быть именно наши наставники, способные перенимать опыт.

– В нашей олимпийской практике было правило – если ты сел в самолет, который берет курс на Игры, то не выпьешь ни грамма алкоголя до приземления на родине.

– Если уставший спортсмен пригубит спиртное – его развезет, как после литра.

– Хитростью. По олимпийским аккредитациям проходили жены, любовницы. Таким же образом проводили мы и артистов. Например, Иосиф Кобзон, Александра Пахмутова и Лев Лещенко жили вместе со спортсменами и очень им помогали. Подобное стало не возможно после атаки террористов на Олимпиаде в Мюнхене.

– Не стал бы за это критиковать. Если Польховский нужен сборной – пусть будет в разрешенной МОК должности администратора. Кстати, я уверен, наши биатлонисты обязательно выстрелят на Олимпиаде.

– Лена эмоциональная девочка и находилась в эйфории после победы. Сказала – и ничего страшного. Забудут.

– Пиар-кампания перед Сочи мало чем отличается от других Олимпиад. Поверьте человеку, который уже 42 года в МОК, – против России нет заговора. Как говорил про нас маркиз Самаранч, отлично понимавший ценность спортивного противостояния великих держав: «Зачем убивать курицу, которая несет золотые яйца?!».

– Принято считать, что бойкот Игр в Москве произошел из-за входа нашей армии в Афганистан в декабре 79‑го. Но сам лорд Киланин (глава МОК в 1972–1980 г.г.) намекнул, что в 80‑м грядут президентские выборы в США. Это стало одной из причин отказа американцев от Олимпиады. Команда президента Картера надеялась разыграть антисоветскую карту, чтобы остаться в Белом доме. Позже Картер признал, что был не прав. Так вот, на сессии МОК перед церемонией открытия зимних Игр в Лейк-Плэсиде традиционно выступает лидер страны-хозяйки. Но тогда Картера заменил его вице-президент. Вместо приветствия он напал на СССР. И кульминацией стало требование бойкота Игр в Москве. Наша делегация ушла. Я, как член МОК, остался. А в перерыве все 90 членов МОК, включая американцев, извинились перед нами и сказали, что против бойкота. Я почувствовал: когда под угрозой проведение Олимпиады – МОК становится единой силой. Для которой главное – его честь и уважение к спорту. Тогда я понял: эту работу выбрал не зря.

– На сессии МОК в Буэнос-Айресе к оргкомитету игр в Сочи прозвучало немало замечаний. Телевизионщиков беспокоит опыт чемпионата мира по легкой атлетике, когда трибуны «Лужников» не заполнялись до отказа – а им-то нужна панорама с аншлагом! Картинка с Олимпиады пойдет на весь мир. И, если в кадре возникнут пустые места сочинских стадионов, это нанесет удар и по олимпийскому движению, и по популярности зимних видов спорта.

– Есть недовольство отсутствием прямых рейсов из-за рубежа в сочинский аэропорт. Переезды «Шереметьево» – «Домодедово» неудобны и, учитывая московские пробки, отнимут уйму времени. У МОК есть вопросы и к работе с прессой, и к организации проведения соревнований. Чем ближе Олимпиада – тем больше лавина из мелких проблем. Но так бывает всегда. Замечания делаются не ради критики.