- Самые организованные анабольщики – это немцы, американцы и им подобные. Наши спортсмены – самые чистые и самые не защищенные, поэтому и попали в такую ситуацию.
- Вот я и говорю: нам плюют в лицо, а мы утираемся. Я бы терпеть такое не стал, не стал бы держаться за свое кресло. Правда, кресла у меня нет, за 40 лет нажил только лавку на стадионе. Надо принимать контрмеры.
- В боксе тебе раз в нос дали, а ты в ответ только улыбаешься. Ну и разобьют тебе нос, в конце концов, если не отвечать. И здесь – идет борьба: они хотят нас на каждом участке фронта немного придавить. Может, это была психологическая атака и 21 июня МОК что-то изменит? А сколько наших представителей в Совете IAAF?
- О чем тогда можно говорить?! Значит, агитация, работа тех людей, которые склоняли членов совета голосовать против России, оказалась сильнее, чем наша работа. Значит, у нас этим никто не занимался. Надо было работать в этом плане.
- Да, она одна, кто ее там будет слушать?! У нас нет профсоюза спортсменов, тренеров. Мы по одному стоим на линии фронта. А на фронте должны стоять взводы, роты, полки.
- У Ани все нормально – она в спорте прошла большой 20-летний путь. Прошла его честно.
- Там адвокат занимается этим делом. Но Аня сама ему платит из своего кармана. Почему государство не помогает с адвокатом?





