Олимпиада не просто повлияла на страну, она повлияла капитальным образом, потому что осталось огромное количество объектов, был мощнейший спортивный бум, и я сам помню отдельные репортажи. Это пласт спортивный с легендарными чемпионами, великими достижениями и горечью поражения, как, например, у наших футболистов и баскетболистов, у Виктора Санеева, когда он четырёхкратным олимпийским чемпионом не стал. Грандиозные победы волейболистов, легкоатлетов, Сальников, естественно, Парфенович в гребле на байдарках, который трёхкратным олимпийским чемпионом стал. Если Сальников – спортсмен номер один той Олимпиады, то Парфенович, безусловно, спортсмен номер два. Это ещё и мои персональные кумиры.
Что немаловажно, Олимпиада-1980 – это ещё и мощнейший культурный пласт, потому что всё то, что написали Пахмутова с Добронравовым, что написал Давид Тухманов, – это на века в нашей истории, это уже такой культурный код. Всё это наследие, например, использовалось и на Олимпиаде в Сочи, где Александре Николаевне по большому счёту так и не позволили почему-то, с подачи некоторых культурных деятелей, назовём их так, написать ещё одну блестящую песню. Всё, что было написано для Сочи непосредственно, страна не помнит, а вот то, что написано для Олимпиады в Москве, мы не просто помним – мы это любим, мы это поём, это культурный код наш, – заявил Губерниев корреспонденту «Советского спорта» Екатерине Родионовой.