Абсолютный чемпион мира Иван Скобрев: Мечтаю взойти на подиум в Сочи вместе с сыном!

День для членов сборной России начинается в семь утра. Подъем, завтрак, в 10 – первая тренировка в «Крылатском». Через два месяца на этом треке соберутся сильнейшие конькобежцы мира, придут болельщики. Пока же здесь тихо. Только гремят, шатаясь на ветру, пустые флагштоки.

Ближе к полудню встречаемся с Иваном в тренажерном зале. На велосипедах с поднятыми задними колесами крутят педали наши конькобежцы.

– Сидим на сборе до 29 декабря, – двукратный призер Олимпиады начинает беседу, не отрываясь от занятий. – Потом полечу к семье в Норфолк на Новый год, а там уже скоро и чемпионат Европы в Будапеште. Надо набирать форму.

– Есть рост, особенно на дистанции 1500 м. Когда с моим личным тренером Сан Санычем Калининым составляли план на сезон, все проанализировали и пришли к выводу, что именно «полторашку» надо в первую очередь тянуть к Сочи. Так что основная работа шла над скоростной выносливостью, и, может, поэтому я пока не так здорово выгляжу на «пятерке» и «десятке».

– Да, но на «полуторке» я на Играх был четвертым. И, что самое смешное, мое отставание от лидеров в Канаде было наименьшим именно на этой дистанции! Тут, конечно, надо брать в расчет не чистые секунды, а очки, как их считают в многоборье.

– Скорее всего. С другой стороны, до Игр в Сочи еще два года. Что там будет дальше? Может, у меня через год организм так перестроится, что я стану лучше бегать «десятку». А еще через год вдруг стану феноменальным спринтером, – смеется Скобрев, продолжая накручивать педали в отнюдь не прогулочном режиме. – Сейчас план такой – делать ставку на «полторашку». Работать над всеми сразу? Ну, можно, конечно. Только это путь к успеху в многоборье, а мне за победы на чемпионатах мира и Европы в этом году Минспорт сказал только «спасибо» и выплатил незначительную премию. Вид, говорят, не олимпийский!

– О том и речь. Мне, правда, жаловаться не на что, спасибо региону – в Вологодской области поддержка огромная! И клуб «Северсталь» активно помогает. Но смысл, повторюсь, не в этом. Смысл в том, что многоборье – на фиг никому не нужно. На Играх медали дают за успехи на отдельных дистанциях. И, может, есть смысл даже рискнуть, делая ставку на конкретный забег, чтобы выиграть в Сочи. Ведь золото домашней Олимпиады – моя мечта.

– Серьезных соперников хватает. Сильно прибавил Гевард Бокко, подтянулся Алексис Контен. Свен? У него была феноменальная «пятерка» в Астане и непонятный провал на «десятке» в Херенвене. Не знаем мы, как он побежит «пятисотку», потому что его травма как раз не позволяла Крамеру быстро разгоняться. В общем, интриги хватает. Сказать, что хочу выиграть золото в Москве, – ничего не сказать. Но, объективно, любая медаль будет хорошим результатом.

– Катя шагнула далеко вперед, но я хотел бы выделить всю группу Маркетто. Ребята под руководством Маурицио серьезно прогрессируют. Похоже, Костя Полтавец грамотно их подготовил к приезду Маркетто – ведь сразу выдержать те нагрузки, которые предлагает мой бывший тренер, им было бы крайне тяжело. А сейчас ничего, справляются! И результаты идут вверх. Что касается парней, то тут сложнее. Они все выкладываются на 100 процентов, не халтурят, но переварить мой объем нагрузок пока не могут. Хотя почти уверен – рано или поздно эта работа даст результат.

– Не берусь комментировать решение руководства СКР. Но точно знаю – Джен серьезно приложил руку к успеху наших шорт-трекистов в этом сезоне. Вероятно, без него и не было бы всех этих медалей на Кубке мира. При этом не исключено, что, останься он в сборной, – загнал бы ребят вконец. Предельная нагрузка – это хорошо, без нее не бывает результата. Но меру тоже надо знать – порой тренеры сами придерживают спортсменов.

– Тут важно одно – чтобы наши шорт-трекисты, поняв и усвоив тот объем работы, который нужен для медалей, смогли дальше сами его выполнять. Я ведь уже не тренируюсь у Маркетто, но зато сам могу рассчитать, что и как должен сделать. И результаты у меня не пропадают, – добавляет Скобрев, слезая наконец с велосипеда и ненадолго отправляясь в раздевалку. Спустя 10 минут мы вместе выходим на улицу.

Серебристая Audi Q5 (подарок за медали Ванкувера) с вологодскими номерами, прорываясь сквозь дневные пробки на МКАД, быстро доставляет нас от «Крылатского» в отель «Аквариум».

– Жена с сыном в Америке, дома одному грустно. А здесь тебя поят, кормят, одевают. Что еще надо? – смеется Иван в ответ на вопрос, почему живет не у себя. Простой номер с единственным изыском – великолепным видом на Москву-реку. Холмов Крылатского отсюда не разглядеть, но ехать до катка, даже с заторами, не больше получаса.

– А еще здесь классно кормят! – добавляет Иван. – Поэтому команда тут часто селится и во время московских этапов Кубка мира, и на сборах.

На обед сборной я не пошел – остался в номере Скобрева смотреть фотографии на его ноутбуке. Вот Иван с супругой, сыном и друзьями отдыхают на Корфу. Вот он вместе со сборной крутит педали в горах Германии, сдает кровь на анализ после тренировки, наворачивает круги по катку в Солт-Лейк-Сити на летних сборах.

Но главное, что запоминается, – ошарашенный взгляд Ивана, сидящего в больничной палате с драгоценным маленьким свертком на руках. Фото не подписано, но я точно знаю дату – 17 июня 2011 года. В этот день абсолютный чемпион мира впервые стал отцом.

– О, я тогда ночь не спал! – вспоминает Скобрев в баре за чашкой ароматного эспрессо и цепляет чайной ложкой кусок чизкейка. – Я ведь присутствовал при родах. Устали все ужасно!

– Меня как-то спросили: «Вань, что тебе больше всего запомнилось за последние два года?». Я сразу ответил: «Сын родился!». Потом замялся: «Стоп, я ведь медали Олимпиады выиграл…» Затем снова говорю: «Нет, все-таки сын!». Знаете, это нельзя сравнивать. Как определить, что главнее – успехи в спорте или рождение ребенка? Скажу, что медали мне важнее сына? Неправда. Скажу, что сын важнее медалей? Тоже неправда. Карьера карьерой, а семья семьей, и я рад, что в моей жизни эти вещи взаимосвязаны. Работаю, чтобы выигрывать медали, стать лучшим конькобежцем в мире и содержать семью. А семья мотивирует и помогает мне лучше работать.

– Вовсе нет! Ядвига с сыном порой приезжают ко мне на сборы, на соревнования, и поверьте – не мешают, а придают сил. Бывает, сплю утром, жена зайдет с Филиппом, и он так радостно закричит: «Папа, вставай!». И сразу жить хочется! Вскочу с кровати, возьму его на руки, посюсюкаюсь чуть-чуть, и на тренировку.

Осенью у нас был чемпионат России, где я выиграл золото на «полторашке». На церемонию награждения вышел с Филиппом на руках и попросил повесить медаль ему на грудь. Можно сказать, была у нас такая репетиция перед Олимпиадой, – смеется Иван, делая очередной глоток кофе. – Ведь если удастся взойти на подиум Сочи вместе с сыном – стану самым счастливым человеком в мире. Филипп будет постарше и поймет, что к чему. В Коломне-то он церемонию награждения проспал.

– Друзья уже шутят, что он на коньки встанет раньше, чем ходить научится, – смеется Скобрев. – Не возражаю. Пусть занимается всем подряд, а потом уж выберет, что лучше, как я в свое время после фигурного катания и волейбола выбрал коньки. А уж станет профессиональным спортсменом или нет – не важно. В любом случае спорт в жизни пригодится.

– Ядвига хочет четверых! И я совсем не возражаю, – расплывается в мечтательной улыбке абсолютный чемпион мира.

– Во-первых, так было удобнее. Мои родители давно живут в Штатах, у Ядвиги мама – в Хабаровске, а от тамошнего климата она давно отвыкла. Ей привычнее Москва, но у меня был очень напряженный сезон, дома я почти не появлялся, а ей одной беременной было очень тяжело. Чтобы избавить ее от хлопот по хозяйству, перевез Ядвигу в Норфолк. Тем более там и климат помягче. И потом, родившись в США, Филипп теперь автоматически получит два гражданства – у него будут и российский, и американский паспорта. Знаете, насколько это удобнее? Сыну уже сейчас проще прилететь ко мне на сборы куда-нибудь в Европу, чем жене. Ядвиге-то приходится возиться с визами, с приглашениями.

– Да. Первый раз за 14 лет, кстати, – пожимает плечами Скобрев. – До этого все время сборы и турниры мешали. У меня же у родителей 31 декабря еще свой юбилей – 30 лет со дня свадьбы. Вот так – не пожалели два праздника в один свести!

– Купил им тур на Гавайи. Пусть проведут второй медовый месяц, так сказать. И еще что-нибудь обязательно придумаю.

«Айфон» Скобрева в очередной раз прерывает наш разговор.

– Леша Яшин. Зову его на хоккей – говорит, не может. Как тебе – экс-капитан сборной, а на матч сборной не идет! – смеется Скобрев.

Прощаемся ненадолго, чтобы снова встретиться уже на Ходынке. Потолкавшись под дождичком у прохода на красном пандусе, спустя 10 минут располагаемся в отдельной ложе стадиона. Просторный кабинет с накрытым столом и кожаными креслами. Персональный балкон на среднем ярусе трибун. Чего еще не хватает для счастья? Разве что шикарной атмосферы, которая и была в четверг в «Мегаспорте»!

– Я ведь с детства люблю в хоккей играть! И когда есть возможность выбраться на матч, обязательно ею пользуюсь, – поясняет Иван, приведший с собой заодно всю мужскую сборную России по конькам, а также тренеров Калинина и Маркетто и своего крестного Владимира Шастина. Итальянец завороженным взглядом рассматривает площадку и переполненные трибуны – бывать на хоккее ему раньше, похоже, не доводилось.

– Секунд 30 точно откатал бы! – смеется Иван. – Это тебе не по кругу бегать…

Яшин так и не пришел.

– Мы с Алексеем случайно познакомились. Как-то вместе летели из Нью-Йорка в Москву на соседних креслах. С тех пор и подружились. Я у него дома на Лонг-Айленде бывал, он к нам с семьей в Москве тоже заезжает. Бывало, доставал билеты на матчи НХЛ. В прошлом сезоне ходили на «Вашингтон».

– Так, поболтали чуть-чуть после игры с ним, с Сашей Семиным. Ребятам надо было торопиться на автобус – команда уезжала. Я вообще многих хоккеистов знаю. Весь состав сборной не назову, но, вон, например, Вадим Шипачев бежит – он из Череповца.

Шипачева тут же ловко впечатывает в борт кто-то из финнов.

– О, а этот парень явно за наших сейчас сыграл. Сразу видно, что из «Амура»! – шутит уже сам Скобрев, когда защитник хабаровчан Микко Мяенпя хватает удаление.

В перерыве – порция виски для старших за гол Никулина в первом периоде. Шастин уходит покурить и возвращается с двумя свитерами. Один – финской сборной, под третьим номером. Другой – российской, с восьмеркой на спине.

– Овечкин, Маурицио. О-веч-кин!

– О, Овечкин! – Маркетто расплывается в улыбке, с удовольствием принимая презент.

Форварда «Кэпиталз», правда, на льду нет. Зато есть Радулов, который под занавес матча броском на иппон валит с ног Яласваару.

– Вот это по-нашему! – трясет кулаком Иван под одобряющий гул партнеров по сборной. И вскоре вся ложа дружно отсчитывает секунды до финальной сирены: «Три-два-один, есть «сухарь»! Да, эти ребята умеют болеть!

Трибуны «Мегаспорта» быстро пустеют.

– Ну, в Голландии порой и по 7–10 тысяч набивается. Люди даже билеты на стоячие места разбирают как горячие пирожки.

– В Челябинске на этапе Кубка ми­ра тоже был аншлаг. Там, конечно, не 14 000 мест, а втрое меньше, но народ приходил к 10 утра на забеги дивизиона Б и сидел до семи вечера! Надеюсь, и в «Крылатское» на чемпионат мира публика соберется.

Конькобежцы на льду разгоняются до 60 км/ч – никакой Усэйн Болт не угонится! Понятно, что у Скобрева любовь к скорости в крови. И неудивительно, что чемпион мира неравнодушен к «Формуле-1». Зная это, я подарил Ивану спецвыпуск «Советского спорта», посвященный итогам чемпионата мира-2012.

– Ух ты, класс! – оценил презент Скобрев. – Раньше следил за всеми гонками, даже на какие-то «Гран-при» выбирался. Правда, давно это было, еще когда Шумахер всех громил в начале 2000‑х, как раз за него болел. Потом времени становилось все меньше – постоянные старты, тренировки. Да и в премудростях правил «Формулы-1», которые менялись каждый год, откровенно запутался. Зато теперь вновь с интересом смотрю – там ведь Петров гоняется. Надо бы в следующем году опять на этап выбраться. Лишь бы Виталий остался в чемпионате мира.