Такой же «Локомотив», только из Рио. В Бразилии хранят память о погибших ярославцах

Специальный корреспондент «Совспорта» находится в Бразилии и начинает, разумеется, с главного. Причём с вопроса, кровно интересующего всех наших многострадальных людей футбола: «А вы слышали, чтобы Пеле произносил фразу, мол, Россия станет чемпионом мира по футболу, когда Бразилия — по хоккею? И если да, то когда всё-таки планируете начинать побеждать?».

Мы сидим в кафешке в сюрреалистичном месте, плохо ассоциирующемся с этой страной, — в торговой галерее Pão de Açúcar в Сан-Паулу, в считанных метрах от ледовой площадки Arena Ice Brasil, единственном комплексе во всей Бразилии, где можно играть в хоккей. Пару недель назад здесь завершился первый тур чемпионата страны, в октябре планируется второй, в конце ноября — финальный.

Мои собеседники — это 49-летний витальный усач Педро Прадо, ветеран бразильского хоккея, вставший на лёд, по его словам, в шокирующе для Бразилии ранние 10 лет; его более молодой и серьёзный коллега Даниэль Баптиста, игрок и спонсор самого прогрессивного хоккейного клуба страны Ozone; а также улыбчивый Сальвадор Нето, директор департамента хоккея в Бразильской конфедерации ледового спорта (CBDG), который говорит, что свою карьеру действующего спортсмена уже завершил.

В ближайшие пару часов я буду смотреть на их тренировку, дарить сувениры из далекой России (комплект шайб с эмблемой КХЛ и несколько экземпляров свежего номера «Совспорта» с Александром Радуловым на первой полосе, посвящённой старту сезона) — и много-много спрашивать.

Потому что последнее, что можно себе представить, — что в Бразилии играют в хоккей, называют себя «Локомотив Рио» в честь погибшей ярославской команды и даже спустя 15 лет выходят на лёд в джерси российского клуба.

«Локомотив Рио» родился на стыке 2012 и 2013 годов. Тогда группа друзей из Рио-де-Жанейро, которые вместе гоняли в инлайн-хоккей (то есть хоккей на роликовых коньках; как раз у этого направления в Бразилии большая история — есть даже национальная сборная, которая в 2001 году пробилась в плей-офф элитного дивизиона на чемпионате мира под эгидой IIHF, заняв в итоге восьмое место), решила собрать команду по хоккею на льду — чтобы участвовать в турнирах на существовавшем тогда ледовом катке в соседнем для них районе Барра-да-Тижука.

— Когда выбирали название, перебирали кучу вариантов. Думали даже взять что-то в честь канадских или американских клубов, ведь главным ориентиром для нас была НХЛ, — рассказывает Даниэль Баптиста. — И тут кто-то предложил «Локомотив», вспомнив имя погибшей недавно команды. Начали глубже изучать историю этого коллектива и в целом российского хоккея, поняли, насколько этот вид спорта важен для вашей страны. Нас всё это дико вдохновило, и мы в итоге посчитали, что «Локомотив» — мощное название. К тому же оно отлично звучит на португальском, ассоциируясь со словом locomotiva (мощный поезд, тягач), и станет красивым жестом памяти и уважения к погибшим ребятам.

Педро Прадо придвигает специально принесённое джерси клуба, в котором сегодня собирается тренироваться: «Обрати внимание на эмблему клуба. Она схожа с оригинальной российской, но не до конца. Видишь этот изгиб? Это же наша знаменитая скала Рио — Сахарная голова, понял?!»

«Локомотив Рио» сразу заявил о себе как об одном из лидеров бразильского хоккея. В том самом турнире Open Pro Ice Hockey в Барра-да-Тижука в апреле 2013 года железнодорожники (почему бы не назвать их так) победили в финале Bulls Ice из Сан-Паулу — 5:3. А уже через полгода стали чемпионами Бразилии по инлайн-хоккею — причём сделали это в День независимости 7 сентября.

Тем временем до тренировки остаётся примерно полчаса, и народ начинает подтягиваться. Контингент самый разношёрстный — от совсем молодых ребят до ветеранов, вроде моего нового друга Педро. Многие приходят с совсем маленькими детьми, которые с удовольствием с клюшками в руках позируют фотографу «Совспорта» Веронике Федоренко. Экипировка у каждого приходящего блещет разнообразием.

— Это даже не совсем «тренировка», не жди от неё многого. Мы называем её Beer League — пивная лига. Собираемся каждый вторник. По сути это просто игра для удовольствия, в ней могут участвовать любые пришедшие, независимо от их уровня мастерства, — поясняет Прадо.

— У нас это называется «дыр-дыр», — говорю я. — Происхождение туманно, но, видимо, крутится вокруг слова «дыр(к)а».
— Ха, у нас тоже есть словечко для таких битв — pelada. Изначально так называли дворовый футбол, когда дети играли босиком.

Разумеется, в Бразилии нет профессиональных хоккеистов и профессиональной лиги. Ежегодный чемпионат Бразилии проводился в 2008–2010 годах и возобновился под эгидой CBDG в 2023-м — причём в разных возрастных категориях, в том числе среди женщин. «Около 300 активных игроков участвуют на наших ледовых турнирах, и все они проводятся на единственной арене в Сан-Паулу. А вот в хоккей на роликах играют 1200 человек, из чего понятно, что наша главная задача — открытие ледовых площадок по всей стране. И желательно официальных размеров», — говорит Сальвадор Нето.

Последней фразой главный бразильский хоккейный чиновник намекает на свою главную боль: именно отсутствие льда стандартных размеров не позволяет национальной сборной выступать на чемпионатах мира под эгидой IIHF. Даже принадлежащая Конфедерации ледового спорта Arena Ice Brasil, где мы сейчас находимся, нестандартного метража (40х18), а не минимально допустимого 60х30.

Нето рассказывает, что в сентябре президент CBDG был в Китае и подписал меморандум о намерениях с местной строительной компанией по поводу финансирования первой профессиональной хоккейной арены в Бразилии. «Определили три подходящих места: два в штате Сан-Паулу (Жундиаи и Сан-Паулу), один в Белене (штат Пара). Ближайшие месяцы мы посвятим определению места и началу проекта», — говорит он.

— А ты знаешь, что я однажды чуть было не забил канадцам! Щелчком! Даже фотка есть! — восклицает Педро Прадо и лезет в телефон. — Смотри! Это был наш единственный шанс за всю игру, когда мы хоть как-то подобрались к их воротам.

Я смеюсь, но невольно проникаюсь уважением к этим ребятам. Баптиста — бизнесмен, впервые вставший на лёд ближе к 20 годам, когда жил в Канаде  — до этого его с хоккеем связывали только видеоролики. «Помню, что в 90-е вышел диснеевский фильм «Могучие утята» (The Mighty Ducks), и Бразилию накрыл настоящий бум инлайн-хоккея. Более 90 команд по всей стране, представляешь? Но играть на льду — такое представить себе было невозможно, это что-то из разряда фантастики», — вспоминает он.

Или Прадо: почти 40 лет в хоккее, сменил две профессии — шеф-повара и актёра («Недавно увлекся очередным русским занятием — балетом», — между делом сообщает он), тренировал женщин и детей, мучается от двух грыж, шейной и позвоночной, но не собирается бросать игру. «Они считают, что я слишком стар и больше не берут меня в команду, — говорит с лёгкой обидой на экс-коллег по «Локомотиву». — Ничего, в прошлом году нашёл новую. Стали третьими»).

Легендарный матч с Канадой, о котором упоминает ветеран, состоялся на первом Панамериканском хоккейном турнире (IIHF Pan American Ice Hockey Tournament) в Мехико в марте 2014 года. Это был ледовый дебют национальной команды, и неудивительны результаты (0:16 с Мексикой, 1:9 с Колумбией и пр.). «Мы приехали в Мексику за четыре дня до старта, чтобы попробовать лёд. Многие из ребят никогда прежде не играли в хоккей именно на коньках — только на роликах. Были молодые парни, которые реально больше падали при попытках затормозить, чем играли», — шутит Прадо.

Но уже в июне следующего года на втором Панамериканском турнире они же стали бронзовыми призёрами. Есть первый шаг к победе сборной России на чемпионате мира по футболу, да, Пеле?

Впрочем, связь с Россией у бразильского хоккея куда глубже, чем просто древняя цитата Короля футбола. Даниэль Баптиста рассказывает невероятную историю поездки хоккеистов «Локомотива Рио» в Ярославль. Вот его монолог, который не хотелось прерывать вопросами. Он стоит того, чтобы прочесть и в очередной раз подумать о том, что спорт — это не просто про взмахи деревянными палками по каучуковому диску на искусственном льду.

«В 2014 году, во время футбольного чемпионата мира в Бразилии, к нам в Рио приехали российские журналисты. Они пронюхали, что здесь есть бразильская хоккейная команда под названием «Локомотив», и сделали про нас материал. Позже, во время Олимпиады в Рио в 2016 году, нашей историей заинтересовались и другие спортивные репортеры из России. За всё это время мы снялись где-то в трех-четырех репортажах для российских телеканалов.

Эти сюжеты увидели болельщики ярославского «Локомотива», и их до глубины души тронул наш трибьют. Среди них были и родственники игроков, погибших в той страшной катастрофе 2011 года. В знак признательности и тепла российские фанаты устроили потрясающую акцию: они изготовили для нас эксклюзивную игровую форму «Локомотива» с фамилиями бразильских игроков. Это было настоящее джерси, сшитое людьми, близкими к традициям клуба, один в один как у парней из Ярославля.

Для нас это был невероятный жест. Ведь мы не имели никакого официального отношения к клубу — просто бразильские парни, фанатеющие от хоккея, которые решили отдать дань уважения российской команде.

С этого момента у нас завязалась крепкая дружба с ярославскими болельщиками — поначалу просто в интернете. В итоге вся эта история вылилась в нашу поездку в Россию в феврале 2017 года. Наша делегация состояла из 15 человек, мы посетили Москву и Ярославль.

Мы попали в самый разгар хоккейного праздника: ярославский «Локомотив» как раз рубился в плей-офф КХЛ. Мы вживую топили за команду на «Арене-2000», гуляли по городу, общались с фанатами и провели несколько товарищеских матчей.

Но самое мощное воспоминание — это когда мы вышли на лед «Арены-2000», чтобы сыграть товарищеский матч против сотрудников и болельщиков ярославского «Локомотива». Это было ночью, прямо накануне официальной игры профессиональной команды в плей-офф. Просто представь, что это значило для нас!

Мы — бразильцы, выросшие в стране, где про хоккей на льду никто знать не знает, где нет профессиональных арен и шансов прочувствовать этот спорт на высшем уровне. И вдруг мы стоим на льду домашней арены одного из самых культовых клубов России — клуба, в честь которого мы назвали команду много лет назад.

И мы мало того что сыграли, так еще и выиграли тот матч по буллитам!

Это был незабываемый миг. И дело даже не в счете на табло, а в той дружбе, гостеприимстве и колоссальном уважении, с которым нас приняли русские люди. За всю поездку каждая игра и каждая встреча приносили нам новых друзей.

Для меня этот опыт стал живым доказательством того, как спорт стирает границы между людьми из абсолютно разных стран, культур и реальностей. То, что начиналось как простой выбор названия для любительской команды в Бразилии, обернулось настоящей дружбой с людьми на другом конце планеты».

«Локомотив Рио» существовал ещё несколько лет после поездки в Ярославль, но начал угасать перед пандемией. В 2018 году в городе закрылся единственный ледовый каток. Без нормальной базы и инфраструктуры сохранять команду по хоккею на льду становилось всё тяжелее. Многие игроки разъехались по другим городам из-за работы, учебы или семейных дел. Кто-то переключился обратно на инлайн-хоккей.

«Со временем нам просто перестало хватать людей, чтобы тянуть оригинальный проект, — говорит Баптиста. — Но я не грущу. «Локомотив Рио» оставил колоссальное наследие для бразильского хоккея. Мы стали костяком сборной, ставшей призером Панамериканского чемпионата. И пусть той самой команды уже нет, многие игроки до сих пор в строю. Они выступают за разные бразильские клубы, а некоторые уехали за рубеж и играют в лигах США и Канады».

Сборная Бразилии продолжает свое развитие, играет в таких турнирах, как Latam Cup и IIHF Development Cup, в том числе и в Европе. И даже есть шанс, что в скором времени встретится — вы не поверите! — со сборной России. «Пару лет назад на созвоне с Федерацией хоккея России прозвучала идея устроить BRICS Cup — среди стран-членов этого экономического объединения. Помню, на нём присутствовал господин Третьяк, легенда мирового хоккея. Я как его увидел на экране — дар речи потерял: со мной говорит сам Третьяк! (смеется). Уже в этом году я кратко пообщался на эту тему с представителями ФХР на ассамблее IIHF и планирую вернуться к этой теме до конца года. Нам это очень интересно», — отмечает Сальвадор Нето.

Весь я не умру, писал русский поэт. До конца не умер и «Локомотив Рио». Даниэль Баптиста переехал из Рио в Сан-Паулу и стал основателем и спонсором другой хоккейной команды — Ozone Hockey, которая первый год даже называлась Lokomotiv Ozone — вы понимаете, в честь и память кого. Клуб успешно участвует в чемпионате Бразилии, развивает детскую академию, где тренируются в том числе девушки.

«Наш хоккей сделал огромный шаг вперед за эти годы. Для нас особая гордость — понимать, что мы приложили руку к самым разным этапам этой истории: от ледовых мини-площадок в торговых центрах 1980-х и инлайн-хоккея 1990-х, через создание «Локомотив Рио» и формирование сборной Бразилии до сегодняшнего развития проекта Ozone и регулярного чемпионата страны. А теперь — давайте групповое фото, и нам пора на лёд», — и Баптиста, и Прадо надевают винтажные джерси «Локомотива Рио», взятые специально для нашей встречи.

— Так это, Педро, про слова Пеле, — вспоминаю я. — Что мне передать нашим футболистам?
— Тут ничем не можем помочь, брат. Пеле говорил не про хоккей, а про лыжные гонки. А там у нас совсем нет шансов.