Попали в габарит

Автобусы в ритме пулеметной очереди отвозили зрителей, журналистов и военных к месту действия из расположения воинской части. По ходу движения они дважды пересекут изувеченную дорогу, по которой на старт чуть раньше проехали главные участники соревнований. Если транспортное средство сделано из брони и весит больше 40 тонн, ему не обязательно усложнять себе жизнь поворотами.

К началу соревнований танковый биатлон по посещаемости обходит любой баскетбольный матч и половину хоккейных, несколько трибун забивают до отказа, и все-то здесь, как на большом спортивном событии. У болельщиков – транспаранты с победными призывами. У организаторов – VIP-ложа, куда проходят ветераны, представители зарубежных делегаций и просто важные персоны. Иностранцев привезли так много, что, даже если бы американцы в следующем году отказались от участия, на представительность турнира это не сильно повлияло бы: здесь Южная Корея, Япония, Боливия, Италия, Германия, Турция, Зимбабве.

– «Муз-ТВ», ну-ка в сторону! – с чувством собственной значимости призывает меня один из организаторов, опасаясь, как бы встреча со мной не испугала кого-то из самых главных гостей. Смещаюсь на фланг.

Соревнованиям в России пока не хватает уверенности в себе: бокс у нас «усиливают» песнями Валерии, танковый биатлон не обошелся без показательных выступлений. Четыре танка на парадной площадке под громкую музыку изображают танец. Откуда-то сверху монотонный и вместе с тем испуганный голос: «Танго, слышите, танго, импровизируйте. Импровизируйте! А теперь пошла кадриль, импровизируйте… кадриль!». Военный, вынужденный импровизировать на танке под кадриль, – страшное испытание для любого воображения, но зрелище любопытное. Танками наши владеют прекрасно.

Соревнования здесь продолжаются с 14‑го числа. Чтобы знать, кого из россиян выставить против армян, белорусов и представителей Казахстана, нужно было выбрать лучший экипаж среди тысяч, имеющихся в распоряжении нашей армии. Выбрали, а потом провели жеребьевку: каждой из четырех команд должен был достаться танк определенного цвета. Россия получила красный, Казахстан – синий, Армения – желтый, а белорусы должны были ехать на машине привычного зеленого цвета.

Круг длиной около 10 км и три огневых рубежа. На первом – выстрел управляемой ракетой по мишени, расположенной на расстоянии двух киллометров. На втором – стрельба из пулемета по мишени-вертолету. Патронов – ограниченное количество. Заканчивается все фланговой стрельбой, т.е. когда линия выстрела перпендикулярна движению танка. Организаторы посчитали, что нужно чем-то удивить, и удивили: фланговой стрельбы не было ни среди обязательных дисциплин в подготовке танкистов, ни в предварительных соревнованиях. На каждом рубеже промах отправляет тебя на штрафной круг – 500 м.
На самой трассе – препятствия: минное поле, брод и колейный мост. Про последнее военные говорят, что это – самое сложное. Нужно проехать по двум узким колеям, выступающим над землей на пару метров. Если гусеница сойдет, танк может застрять надолго, да еще и штрафное время добавят.

Время съедает и процесс подготовки оружия, который напоминает что-то среднее между пит-стопом в гонках «Формулы-1» и снаряжением винтовки в обычном биатлоне: экипаж выскакивает из танка и быстро мчится к ящику с боеприпасами, чтобы взять снаряд и выйти на огневой рубеж.

Красный танк рвет со старта – и к огневому рубежу мы подходим первыми. На хвост садятся земляки Дарьи Домрачевой, а вот машина синего цвета замирает. Россияне заканчивают первый круг, и только тогда с места стрельбы стартует Казахстан. Там первые потери. Командир экипажа, закрывая люк, опустил его себе на руку и получил перелом. Рация стоит у комментаторского микрофона, слышно, что казахстанского командира уже погрузили в реанимобиль и увезли для оказания помощи. Казахам почему-то компенсируют все потерянное время, и они включаются в борьбу практически без отставания.

У армянского танка проблемы с перезарядкой оружия. «Желтый, я вышка… желтый, я вышка», – раздается из динамиков. Из них же узнаем, что армянская команда не может перезарядить пушку, впрочем, и без этого проблем полно. Армяне не очень точны при стрельбе из пулемета и отправляются наматывать штрафные круги. Не в пример казахам, которые вертолет сбивают первой же очередью.

Все прекрасно, но весьма слабо работает визуализация стрельбы. Черно-белая мишень биатлона с закрывающимися кружками очень наглядна, а здесь не всегда понятно, чьи выстрелы показывают на большом экране, какую именно мишень надо закрыть. О попадании узнаешь по дыму вдалеке и словам комментатора.

Россияне выкатываются на финишную прямую, не имея за спиной преследователей. Чуть позже финиширует Белоруссия, следом – Армения и Казахстан. Экипаж выходит на построение, но снова проблемы у Казахстана. Один из солдат, как настоящий биатлонист на финише, сразу же падает на землю. Не от усталости: надышался пороховыми газами – и теперь его приводят в чувство сразу несколько бригад медиков.

У сцены, возведенной для награждения, стоят щедрые призы победителям. Лучший экипаж поменяет танк на автомобиль «Нива», вторые – уедут на «Ладах», третьи – получат квадроциклы. Чуть в стороне – армянская делегация. Привычно веселые южане утопают в унынии:

– Вообще никто не пришел поболеть – ни флагов, ни кричалок. Э-эх. Приходят, только когда им что-то надо.
Один из армянских танкистов платком пытается остановить кровь – лоб рассек, когда в танке трясло. Врачей рядом нет.

– Нет.

– Потому что не хочу говорить. Иди к Казахстану.

Я иду смотреть, как награждают солдат из моей страны. Иду надеяться, что танковый биатлон станет самым популярным видом спорта – за ненадобностью танков для других целей – и самым дорогим: современный танк ведь подороже болида «Формулы-1» будет.

Корреспондент «Советского спорта» побывал в кабине Т-72.

После заезда танки оставляют на полигоне на растерзание камерам мобильных телефонов, женщинам на каблуках и детям, которых надо ловить, когда они спускаются. Отложив рюкзак, пытаюсь попасть в кабину. Забраться на борт особого труда не составляет, главное – иметь хотя бы минимальную растяжку, чтобы закинуть ногу.

Дальше сложнее: погружаешься в люк по пояс, и в первый момент кажется, что там просто некуда деть ноги, чтобы сесть. Ноги на ощупь находят свободное пространство и освобождают место для тела. Забираюсь. Очень тесно. Маленький стул, впереди – полоска стекла, через которое виден полигон, справа – приборы и маленький черный вентилятор. В жару, наверное, самая важная деталь. То же самое и на втором месте, только вместо полоски – стекла наподобие бинокля. Обзор достаточный, хотя танкисты жаловались.