Бонусы букмекеров
Шеф-механик российской команды «Формулы 1» «Маруся-Верджин» Ричард Вренн рассказал «Совесткому спорту», почему его команда отстает в скорости пит-стопов от лидеров формулического сезона, и о том, что они делают, чтобы это отставание сократить.
Александр ЛЕВИТ
из Нюрбурга
из Нюрбурга
- После запрета заправок стало намного более важно, с какой скоростью механики меняют колеса, – говорит Ричард Вренн. – Это раньше, пока дозаправки не отменили, у нас было шесть-семь, а то и десять секунд – смотря сколько топлива надо было залить. Сейчас все команды стремятся к тому, чтобы пит-стоп длился три секунды.
- Три? Кажется, так быстро ни у кого не получается.
- Это только пока. «Ред Буллу», «Мерседесу» - эти команды сейчас по пит-стопам лидеры – удается приблизиться к трем секундам максимально. Мы пока по этому показателю от лидеров немного отстаем. В среднем почти на секунду.
- А почему? Тренируетесь меньше?
- И это тоже. У нас гораздо меньше времени для практики, чем у большинства других команд. Почти все имеют на базе дополнительную машину, могут тренироваться чуть-ли не ежедневно, особенно зимой. А у нас мало что машины лишней нет, так и механиков-то невозможно собрать – мы ведь на двух разных базах работаем, одна на севере Англии расположена, другая – на юге. Поэтому тренируем мы пит-стопы только тогда, когда собираемся все вместе – на зимних тестах, а потому уже непосредственно во время Гран-при.
Многое еще и от техники зависит. Мы – маленькая команда. Большие команды имеют возможность использовать более дорогое оборудование – это и домкраты, и гайковерты более мощные.
А вообще качество, а значит, и скорость пит-стопов зависит от множества факторов. И от техники, и от работы механиков, которые меняют колеса, и от человека, который выпускает пилота обратно на трассу.
- А от самого гонщика?
- И от гонщика тоже. Для того, чтобы пит-стоп вышел идеальным, машина должна остановиться в строго определенном месте. А наши парни зачастую пусть чуть-чуть, но промахиваются мимо отметок – чуть-чуть не доезжают, чуть-чуть переезжают. А это – потеря сотых долей секунды. Чуть-чуть пилоты не точны, чуть-чуть механики ошибаются. А эти чуть-чуть дают в сумме ого-го сколько. Но у нас пока очень большой разброс по времени. Поэтому сегодня для нас главное – добиться стабильности. Пусть и на четырехсекундной отметке. Ради этого и тренируемся в поте лица.
- В поте лица – это как? Как много пит-стопов вы делаете на тренировках?
- Много. В четверг делаем тридцать-тридцать пять пит-стопов. В пятницу перед началом свободных заездов – столько же, в субботу утром тоже тридцать-сорок раз колеса поменяем.
- Получается, около ста тренировочных пит-стопов за гоночный уик-энд?
- Примерно так. Вообще-то говоря, добиться того, чтобы бригада смены колес работала слаженно и время пит-стопа постепенно сокращалось – это для меня сегодня, пожалуй, самая интерсная задача, самая интересная работа. Кое-что получается. Рекорд тренировки у нас – 2,7 секунды.
- Так это же здорово!
- Погодите хвалить – это только на тренировке. В гонке все намного сложнее. В гонке быстрейший наш пит-стоп был, кажется, три с половиной секунды. Но наша общая цель – три секунды. Если мы сможем этого добиться – я буду счастлив.
Поэтому мы и отстаем сегодня в скорости пит-стопов почти от всех команд. Примерно секунду проигрываем «большим парням». Но мы стараемся совершенствовать оборудование, и становимся все лучше и лучше.
- Какое именно оборудование?
- В первую очередь, это домкраты, с помощью которых мы можем быстрее поднимать и опускать машину. Это более мощные, а значит, и более быстрые гайковерты. Там десятая секунды, там сотая – в целом и набегает.