Владимир Стогниенко: Из дома дойти в «Лужники» и отработать финал ЧМ – это круто

– Вы будете работать уже на четвертом чемпионате мира. Насколько отличаются комментаторские ожидания от 2006 года?
– Ожидания от турнира и работы – разные вещи. Этот чемпионат мира особенный. Я, скорее всего, больше никогда такого не увижу. Вряд ли он в моей жизни еще раз придет в Россию. Хотя кто знает?

Если говорить о работе, то сейчас у меня отношение к ней более ответственное и менее восторженное. В 2006-м я приехал на свой первый ЧМ и просто не знал, что это такое. Поэтому сейчас мне больше интересна сама работа. Раньше я не знал, от чего можно быть в восторге, я просто ехал на турнир.

– Комментировать финал чемпионата мира – это какая-то особенная галочка для комментатора? Как и финалы Лиги чемпионов и Лиги Европы (Кубка УЕФА).
– Тогда я должен был закончить карьеру лет семь назад, потому что у меня все эти галочки давно стоят. Я даже не знаю, каких у меня нет. Но финал домашнего ЧМ – это даже не галочка, а что-то другое. Это большой стимул.

– Самый запоминающийся матч/момент ЧМ, который комментировали.
– А вы как думаете? Какой матч был самым невероятным за последние лет двадцать на чемпионатах мира? Конечно когда пятикратные чемпионы мира бразильцы, хозяева турнира, влетали в полуфинале немцам 1:7. Это очевидно. Мне очень повезло, потому что параллельный полуфинал (Нидерланды – Аргентина – прим. ред.) ждали не меньше, но там было 0:0 и победа аргентинцев по пенальти. Я вообще думаю, что лет пятьдесят эти 7:1 будут вспоминать. Прокомментировать такую встречу – это что-то невероятное.

– У вас есть комментаторский ритуал?
– Нет, ну что вы. Я просто всегда прихожу пораньше. На чемпионате мира часа за три до начала игры. Сижу в пресс-центре, чай пью, в носу ковыряю. Все как обычно. Но в этот раз особенная история. Я ведь вырос в Хамовниках и до сих пор живу там. Просто вдумайтесь: я попью кофе и пешком дойду до стадиона, где будет финал чемпионата мира. А после игры можно позвонить жене и сказать: разогрей ужин, пожалуйста, я уже прокомментировал финал ЧМ-2018 и скоро приду. По-моему, это очень здорово.

– ЧМ будут показывать Первый канал, ВГТРК, Матч ТВ. Игры поделены между каналами, но при этом на сайтах компаний можно посмотреть вообще все матчи. Как так?
– Не знаю, как делились права. Но ВГТРК действительно будет на своих интернет-ресурсах показывать весь чемпионат мира. Помимо шести игр на «России 1» еще восемь матчей я прокомментирую для интернета. Кроме того, с сорока матчей у нас будут радиорепортажи на «Маяке», я в паре-тройке тоже поучаствую. На «России 24» каждый день будут студии с Романами Широковым и Павлюченко в качестве экспертов, у нас эксклюзивный контракт.

– Как технически происходит назначение на матчи? Кто этим занимается и чем руководствуется?
– Не ко мне вопрос. Мне просто прислали расписание матчей. В данном случае, когда уже нет «России 2», с канала «Россия 1» приходит назначение. Я просто знал, что комментировать что-то буду. А вы думали, я сам себе матчи выбираю?

– Ну какие-то пожелания высказывали?
– Когда работали на «России 2» и показывали АПЛ, можно было позвонить и попросить замену. Если у тебя, скажем, у мамы день рождения. Но так прийти и сказать «поставьте меня на крутой матч», нет, такого никогда не было.

Я за 11 лет работы три раза попросился на матчи. На игру Армении и России в Ереване, потому что хотел родственников навестить. Еще раз на матч Хорватия – Сербия, потому что я поклонник балканских сборных. И еще раз – на матч Аргентины и Ямайки на Кубке Америки.

– Есть ли какое-то принципиальное отличие в работе комментатора на ЧМ/Евро и на других турнирах?
– Мы, по крайней мере, я, ради этого и приходим в профессию, чтобы поработать на чемпионате мира и Европы. Это наивысшая точка. А какая другая разница?

– Может, техническая.
– Да нет. Приходишь пораньше и проверяешь позицию. Вызываешь Москву, если работаешь с места событий, редактор трансляции тебя слушает. Потом обязательно нужно проверить синхронность картинки и звука. Ведь иногда бывает, что звук опережает изображение, и ты оказываешься комментатором из будущего. Но это просто исправить, если прийти заранее и выставить задержку по звуку, например, в секунду.

– Вы сами крутите какие-то ползунки?
– Нет. Техническая трансляция по смене планов уже идет, и вместе со звукорежиссером из Москвы вы устанавливаете задержку. Он по изображению и твоему голосу понимает, на сколько картинка отстает от звука. Надо просто прийти часа за полтора до начала матча и все это проверить. Если работаешь из студии в Москве, то ничего этого не нужно. Там звук уже будет идти параллельно с картинкой.

– Практически на всех новых стадионах пресс-ложи высоко. Это плюс для комментатора?
– Не знаю, в Самаре мы на матч ходили. По-моему, нормальное положение пресс-ложи. Все стадионы бесспорно хорошие, я видел все. А чисто архитектурно, это дело вкуса.

– Какой из стадионов понравился больше всего? По любым критериям.
– Для меня «Лужники» особенные. Как ни крути главный стадион страны. Очень хорошая реконструкция.

– Справочную информацию к матчам готовите сами или этим занимаются редакторы?
– Конечно сам, почти всегда сам. Процентов восемьдесят заготовок в эфир не попадает.

– Будете работать на ЧМ с кем-то в паре?
– Не знаю. Изначально планы такие был, что нет. Мне удобнее и комфортнее одному, я лучше справлюсь один. Потому что работа в паре – штука тонкая. Надо, чтобы люди были сработаны и вместе работали не один год, чтобы четко были распределены роли между комментатором и экспертом. Думаю, пускаться в эксперименты на ЧМ неправильно. А устраивать в эфире конкурс, кто громче крикнет, излишне.

– С кем бы хотели вместе поработать?
– Я с кем только не работал. И с экспертами, как Андрей Талалаев и Дмитрий Градиленко, и с любителем – Андреем Лаврентьевым, и с иностранцем Гало Фернандесом, и с девушками – например, с Вероникой Гибадиевой. И в большинстве всех случаев это была моя инициатива. Я хотел, чтобы репортаж получился интереснее.

Например, Гало – аргентинец, он про аргентинский футбол в любом случае знает больше, чем кто бы то ни было из россиян. Та же Вероника всю жизнь занимается Голландией, она лично знакома с футболистами и тренерами, понятен смысл ее приглашения. Талалаев и Градиленко – бывшие футболисты, они отлично понимают футбол.

– Вы проехали по всем городам-участникам ЧМ-2018. Насколько инфраструктурно готова страна?
– Инфраструктуру нужно будет проверять в процессе загруженности. Асфальт? Где-то положили, где-то нет. К чемпионату мира же не должны весь город привести в порядок. ЧМ-2014 был в замечательном городе Куяба, где наши играли. Это же глушь страшная. Город специфический, центр какой-то обшарпанный, бомжи лежат – пьют пиво на скамейках.

В данном случае я понимаю, что у нас не должны быть все тротуары новые. Главный вопрос не в этом, а в транспорте, системах безопасности, жилье, стадионе, фан-фесте и питании. Это все нужно смотреть в процессе.

– Какой город больше всего удивил?
– Саранск. Я ожидал увидеть немножко другое. В среде спортивных журналистов было принято над ним иронизировать, но город чистенький и очень компактный. Вот где проблем с передвижением не будет. Там все в пешей доступности.

– А какой разочаровал?
– Наверное, Нижний Новгород расстроил слегка. Он в хорошем смысле старый, но в центре стоят деревянные дома с выбитыми окнами. Нам так объяснили: сносить тяжело, там прописана куча народу, и если сносить – всем нужно квартиры тогда давать. Вот они и стоят. Но надо сказать, что я был в Нижнем во время резкого похолодания, снег с дождем, может, это сказалось. Сейчас там позеленее и смотрится, наверное, все по-другому.

– До матча с Саудовской Аравией меньше недели. Вам понятно, во что играет сборная России?
– Мне – нет. Главное, чтобы тренерскому штабу было понятно. Я старался понять, но не вышло. Оно же как: время по-разному, все время не получается, все время никак.

– Австрии (0:1) проиграли, с Турцией (1:1) – ничья. Чего или кого не хватает команде?
– Всего. Движения, взаимопонимания, мысли. Многие футболисты явно свой максимум не показывают. Самый яркий пример – Марио Фернандес. Почему так происходит, надо не у меня спрашивать. Но если уж мы ждем официальных матчей, то давайте немного потерпим. Иногда спрашивают: чего Вы ждете от сборной?

Но я от сборной ничего уже давно не жду. Я смотрю футбол лет тридцать и кроме Евро-2008 и еще пары отрезков, сборная скорее разочаровывает. Когда больше, когда меньше. Надеюсь – да, но не жду.

– Смотрели матчи соперников по группе – Саудовской Аравии, Египта, Уругвая?
– Уругвай – команда злобная, организованная, опытная и с тренером, который их еще на ЧМ-1990 тренировал. Эта команда в разовом матче способна справиться вообще с кем угодно. Правда, можно было уже на прошлом чемпионате мира начать молодежь внедрять, но Оскар Табарес не большой любитель внезапных перемен.

От Египта я ждал большего, ничего в нем особенного нет. Команда небезупречная в обороне и проходимая в центре поля. Я стал оптимистичнее смотреть на вещи после товарищеских матчей египтян, особенно после встречи с Бельгией (0:3).

Саудовскую Аравию совсем не понял. Они умеют играть быстро, что для нашей обороны опасно. Умеют держать мяч. Но насколько это системно, сказать сложно. Если обращаешь внимание на детали, иногда кажется, что и смотрятся неплохо. Допускаю, что от саудитов можем пропустить. Но главное, чтобы мы сами забили.

– Россия, согласно рейтингу ФИФА, слабейшая сборная на ЧМ. Значит и в группе последняя?
– Когда мне было 15-16 лет, всегда поражался, почему наша сборная находилась в районе 10-12-го места. За какие заслуги? Но Вячеслав Колосков был авторитетным человеком в ФИФА, может договаривался, не знаю. Я никогда не обращал внимание на рейтинг, неважно.

– Ваш идеальный сценарий для сборной России.
– Выиграть у Саудовской Аравии и Египта, решив все проблемы до матча с Уругваем. А дальше я не хочу задумываться, дальше зависит от многих факторов.

– А реальный, которым можно будет гордиться?
– А вам сколько лет?

– 25.
– Ну прекрасно, сборная, тогда еще СССР, последний раз из группы выходила за семь лет до вашего рождения (1993 г.р.). Так что если в этот раз выйдут, это будет лучший показатель команды в истории ЧМ. Не знаю, можно ли этим гордиться, но признать локальным достижением – почему бы и нет?

Так что идеальный сценарий совпадает у меня с реальным. Я реалист. Это в 25 лет я еще о чем-то мечтал. Плюс я не уверен, что португальцы так просто из параллельной группы выйдут. Марокко может со второго места выйти в плей-офф. Но и нам тогда надо выходить с первого места.