«По литературе знал, кто такой Достоевский, Наташи Ростовой там четверостишия»

В пятницу министерство спорта, Российский и Немецкий футбольные союзы, а также компания «Адидас» подписали четырехстороннее соглашение о сотрудничестве. Свои подписи поставили министр спорта Виталий Мутко, президент «Адидас Груп» Герберт Хайнер, и. о. президента РФС Никита Симонян и генсек Немецкого футбольного союза Гельмут Сандрок. На встрече присутствовал весь свет РФС, вплоть до Александра Алаева и Александра Мирзояна, директор федерального центра подготовки спортивного резерва Дмитрий Киселев, замминистра спорта Юрий Нагорных…

Главным человеком на пресс-конференции (а заодно в российском футболе и спорте вообще) был, конечно, шеф Нагорных, «гарант меморандума» Виталий Мутко. После пары поздравительных слов Мутко начал говорить «по-крупному». Министр раза три за день — в том числе со сцены на празднике «Дня московского футбола» здесь же, в Лужниках, — упоминал, что футболом в России занимаются 400 тысяч детей, для профессионального футбола нужно 200 игроков, а для сборной — всего 25. Знает ли это будущий тренер сборной?

— Мы обладаем всеми возможностями, чтобы поднять качество футбола в России, стать одним из лидеров мирового футбола, войти в плеяду 10 ведущих стран мира, — не скромничал Мутко. — У нас есть человеческие ресурсы, мы самая большая страна по площади. Пока эта система выполняет важную социальную функцию; это очень важно, но важнейший фактор — подготовка высококлассного футболиста. А для этого нужна единая четкая методика подготовки игроков. Нужна своя философия русского футбола, мы должны понимать, что и к чему готовим, что должен сделать человек с 7 до 10 лет, с 10 до 12, с 12 до 14… Мы должны внедрить специальные методики образовательных программ. В Германии после неудач пошли по этому пути.

«Данке шон!» — подытожил свою вступительную речь Мутко. Симонян РФС выразил сожаление по поводу отсутствия на церемонии Франца Беккенбауэра, зачем-то вспомнил голы ван Бастена и Гуллита в ворота сборной СССР и повторил то, что говорил за последний месяц раз пять: «Во главу угла у детско-юношеских тренеров ставится результат». Мутко посетовал, что пока с талантливыми детьми обходятся «расточительно».

— В других странах нет такого людского ресурса, но занимаются с ними индивидуально, — отметил Мутко. — А у нас кубок выиграли, в кабинет директора поставили приз, повысили ему ставку, потому что он стал чемпионом края или области. Два дня назад я был в Казани и посетил базу «Рубина». Один из возрастов тренировался в академии, я пристал к тренеру. «Над чем вы работаете? Что вы сегодня проходите?» — «Мы сегодня отрабатываем передачи» — «Можно посмотреть ваш черновичок?». Мы не верим порой в методологию подготовки. А у нас у 17-летних мальчишек из ДЮСШ — одна нога для ходьбы, другой в футбол играет. Головой многие играть не умеют. Во вратарской, если что, паника.

Говорил министр пространно и велеречиво; только раз проявил резкость — в ответ на вопрос, будет ли смягчен лимит на легионеров, раз подписан меморандум с безлимитной Германией. «Лимит будет только ужесточен», — бросил Мутко.

— Мы начинаем с вами вместе говорить о футболе, — обратился Мутко к залу. — Не о зарплатах, не об агентах, не буду перечислять ваши любимые темы. А вы только лимит-не лимит. Вот Мутко сказал про ужесточение. А вы Гинеру позвоните: «Женя, а вы что скажете?» И недели три будете об этом писать, рейтинги взлетят выше некуда! Чушь это. Нужно любить не себя в футболе, а футбол в себе. Честно, меня устраивает, как Никита Павлович президентом РФС работает.

— А я жду второго сентября, — засмеялся Симонян.

Тот же состав подписавших меморандум открыл вскоре «День московского футбола» перед средних размеров толпой подростков в футбольной форме. Мутко сразу после попросили рассказать о соглашении в деталях.

— Будем для начала обучать тренеров, — объяснял Мутко. — в Бронницах у нас блестящий центр, мы почему-то его забыли, сейчас реанимируют, там 12 футбольных полей, прекрасные условия. Построим целую систему семинаров для тренеров, и по этой методике обучим их. Будет больше детских лагерей, со сверстниками из «Баварии» вот ребята две недели поработают. Всячески будем поддерживать клубы: «Барселона» вот обращается. Мальчишка не должен замыкаться в себе. И надо добиваться, конечно, чтобы все наши юношеские команды участвовали в финальных частях Евро. Может, там надо проще формулу делать: конечно, многим странам не пробиться. Два этапа отбора только на Евро! У многих нет таких возможностей.

Непопулярные меры — лимит на легионеров, новый тренер, создание специальных условий, специальный календарь, поддержка серебряных призеров юношеского Евро — дадут нам возможности. Игры будем проводить исключительно с топовыми командами, помимо подгруппы. Не хочется анонсировать договоренности, которые у нас есть. Но это команды такого уровня, как Аргентина, Франция. К 2018 году мы должны идти по этому пути — он апробирован, он дал нам результат в 2008 году.

В четверг «Рубин» смотрел. Набиуллин хоть играет, Оздоев, но есть и Карадениз, столько лет преданный клубу. Вокруг него все крутится. Но когда вы каждый год привозите игроков, меняете… Немцы (генсекретарь Немецкого Футбольного Союза Гельмут Сандрок — Прим. ред.) говорят: 30 процентов сегодня — легионеры; но не забывайте менталитет в Германии. А у нас тренер порой повязан обязательствами - он пригласил иностранца, поучаствовал в каких-то сделках с агентом, должен хозяину рассказать. Это правда жизни. После ЧМ-2018, может, мы и отменим все эти лимиты, потому что у нас уже есть конкурентная среда.

Кто видит мальчишек в наших городах? Сейчас появятся специальные должности, хочу вообще переделать эту работу. Сегодня Саша Кержаков приедет, и я, и все его убеждают продолжать карьеру. Но если он закончит, почему бы его не поставить на это направление? Под него не сделать некий такой отдел и вот этим заняться. Само ничего не вырастет, это же и в других видах спорта. Я вот был на ЧМ по водным видам — китайцы все время прыгают как монетки.

Если к 16-летнему возрасту вы осваиваете программу, то должны что-то уметь. Не знаю, как вы учились в образовательной школе, но у нас был образовательный стандарт. По литературе знал, кто такой Достоевский, Пушкин, Наташи Ростовой там четверостишия. Нас заставляли, и мы осваивали минимум программы — пусть даже путем оценок, тестирования, аттестата зрелости. Заканчивал мореходное училище, из всех предметов запомнил холодильные установки — преподаватель заставил по стандарту учиться. А мы по стандарту не учимся. Главное — убедить игрока, что он это делает для себя.

Мутко не уходил от вопросов о возможном приходе на пост главного тренера сборной Леонида Слуцкого. Круг кандидатов расширился.

— Леонид Викторович Слуцкий, Александр Бородюк — круг тренеров понятен, он минимален, — говорит Мутко. — Буквально несколько дней, может, сегодня-завтра или до понедельника решим вопрос. Без тренера мы не останемся. Нужен российский специалист, который в гуще событий, знает футбол, футболистов, от которого мы не будем ждать каких-то экспериментов. А чтобы пришел и сразу начал работать. Дайте паузу Станиславского и Немировича-Данченко.

— Я отсутствовал, но мы поговорим.

— В перспективе много — это Дима Хохлов, Дима Аленичев, Андрей Кобелев, конечно, Стас Черчесов. Но это пока не экспериментальная площадка. Впереди задача выйти на Евро и подготовка к ЧМ. Очень рад, что появляется много молодых специалистов в России. Будем за ними следить. Дай бог, чтобы у Аленичева получилось — могучая команда «Спартак». Нам нужен сильный «Спартак» в чемпионате.

Я бы хотел видеть тренером того, кто выведет сборную на чемпионат Европы, кто вдохновит команду, в которого поверят болельщики, чтобы мы увидели ту сборную, которую любим — вне зависимости от результата. Хотелось бы тренера, который начнет оправдывать доверие. Нам нужно спокойствие: у нас есть футболисты, неплохого уровня — пускай не высочайшего, но точно выше среднего. Но их надо зажечь, убедить. Тренеру сборной вы должны поверить, поверите — все будет нормально.

— Хомухе надо с молодежной командой идти, потом войти в состав сборной. Может, он в будущем станет нашим Левом?

— Как минимум до 2018 года. Нагрузка будет больше, вот и все. Задачи простые, революции не собираюсь делать. Первая — мы банкроты, абсолютно. Что бы вы делали с полутора миллиардами кредиторской задолженности? Потребуется специальный план, оптимизация самоуправления, расходов, привлечение спонсоров — эту работу надо было начинать вчера. Реструктуризация долгов, надо встречаться со всеми кредиторами (я уже начал с ними говорить).

Вторая задача — восстановление системы управления. Я устав начал читать, ничего не понимаю; туда пять раз вносили изменения, надо сделать нормально. Конференция ничего не решала и не решает, перед ней никто ни разу не отчитывался, ни за финансы, ни за бюджет. Надо четко прописать роли исполкома: он работал и с Фурсенко, и с Толстых — и вроде в стороне. Хочется сказать: «Где ж вы были?» С другой стороны, никаких полномочий у них нет.

Сиюминутная задача — ЧМ, сборная. Нужно вместе с лигой закрываться и делать программу: от календаря до тренера. И, конечно, большая работа предстоит по популяризации футбола. Это трансляции — сегодня непонятно, кто их ведет. Когда узнал, что никто не показывает ни «Рубин», ни «Краснодар (в Лиге Европы)», потребовалась пара дней, чтобы этим позаниматься.