Сердар Таски: У Аленичева и Гвардиолы тренировки похожи

Переход Сердара Таски в «Баварию» – пожалуй, самая успешная футбольная сделка года в России. Когда еще наши клубы получали 2,5 миллиона евро за одну лишь аренду игрока до конца сезона? А ведь может случиться, что летом немцы подкинут «Спартаку» еще больше: опция выкупа защитника существует, цена вопроса – 10 миллионов евро.

Почему выбор могучей «Баварии» пал именно на Таски? Четкого ответа на этот вопрос нет. Известно лишь, что в январе в клубе случилась настоящая беда с центральными защитниками. Сначала мышечную травму получил Боатенг, затем повредил колено Хави Мартинес. Марокканец Бенатиа тоже команде помочь не мог, ибо продолжал восстанавливаться после повреждения. И когда в распоряжении Хосепа Гвардиолы остался один лишь «хрустальный» Бадштубер, срочно решили взять для подстраховки еще одного защитника…

– Где и когда вы узнали об интересе «Баварии»?
– За два дня до закрытия трансферного окна в Германии со мной связался агент и сообщил, что «Бавария» хотела бы взять меня в аренду. В тот момент я находился в Штутгарте, «Спартак» как раз предоставил игрокам несколько выходных дней.

– Ваша первая реакция?
– Я почувствовал себя счастливым. А какая еще может быть реакция, когда тебя зовет один из самых больших клубов мира? Думаю, на моем месте любой футболист обрадовался бы.

– Валерий Карпин считает, что в Германию вас отпустили слишком легко. Вас хотя бы пытались удержать в клубе?
– Конечно, спартаковские руководители предпочли бы, чтобы я остался. Но я дал понять, что хочу попробовать себя в таком клубе, как «Бавария». Очень рад, что в итоге нам удалось договориться – и меня отпустили. Такими предложениями не разбрасываются.

– Не жалеете?
– А должен?

– Вы уже почти два месяца в команде, а зачастую даже в заявку не попадаете. На поле выходили всего однажды, на 53 минуты…
– У «Баварии» впереди много матчей. В чемпионате, в Кубке и, надеюсь, в Лиге чемпионов. Продолжаю вкалывать на тренировках и верю, что получу свой шанс. Если я его использую, мне станут больше доверять.

– Ваш дебют за мюнхенцев не сложился: футболист «Дармштадта» забил из-под вас гол. Как думаете, играли бы чаще, если бы не та ошибка?
– Этот вопрос надо задать тренеру. Да, в эпизоде с пропущенным мячом я выглядел не лучшим образом, но в конечном итоге команда победила, а это главное. Не хочу оправдываться, но в «Баварию» я приехал далеко не в оптимальном состоянии. Пока «Спартак» проводил контрольные игры на сборах, в Германии вовсю шел чемпионат. Для «Баварии» игра с «Дармштадтом» была уже шестой в году, я же на тот момент не провел ни одного официального матча. Все это сказалось, я находился совсем в другом игровом ритме. Сейчас, как мне представляется, наконец набрал оптимальные кондиции.

– Гвардиола сказал на днях, что вы ему нравитесь. При этом заметил, что вам все еще нужно время, чтобы освоить игровую концепцию «Баварии». Такая сложная концепция?
– С большей частью игроков тренер работает уже три года. Все это время на каждой тренировке они наигрывали определенные комбинации, отрабатывали взаимодействие. Понятно, что за месяц работы сложно плавно влиться в эту систему. Тем не менее я стараюсь.

– Чем концепция Гвардиолы отличается, скажем, от концепции Аленичева?
– Игра «Баварии» строится на контроле мяча. Почти во всех матчах команда владеет им по 60, 70, 80 процентов игрового времени. Логично, что центральные защитники относительно редко вступают в единоборства. Бывает, что у тебя минут по пятнадцать вообще нет работы. Но один «обрез» – и вот уже соперник несется в контратаку. Если ты в этот момент вдруг потерял концентрацию – пиши пропало. При том стиле, в котором играет «Бавария», центральные защитники должны быть максимально сосредоточенны. Почти все противники защищаются большими силами и рассчитывают на резкие контрвыпады.

– Тренировки хоть чем-то напоминают спартаковские?
– Здесь немного другие скорости, потому что на каждой позиции имеется игрок мирового уровня. В целом же тренировки Аленичева и Гвардиолы схожи – оба предпочитают беговым нагрузкам упражнения с мячом.

– О России игроки «Баварии» спрашивают?
– В основном о климате – некоторые ребята интересовались, действительно ли в России так холодно. Я подтвердил: очень. В Москве ведь до сих пор минусовая температура, да? В Мюнхене в этом смысле комфортнее.

– Поддерживаете связь с кем-нибудь из спартаковцев?
– Поначалу, когда только перешел в «Баварию», получал немало звонков и эсэмэсок. Но сейчас все успокоилось. Нет такого, чтобы кто-нибудь ежедневно звонил и спрашивал: «Ну, как там у тебя дела, Сердар?» С Аленичевым мы в последнее время не разговаривали.

– Последняя игра «Спартака», которую смотрели?
– Я все матчи смотрю, само собой. Игра с ЦСКА огорчила: упустили возможность подобраться к первому месту. Но после победы над «Анжи» все выглядит куда оптимистичнее. Конкуренция серьезная, но мне кажется, у «Спартака» хорошие шансы завершить сезон в тройке.

– В таком случае вам гарантирована медаль – вы ведь весь первый круг отыграли.
– Надеюсь на ребят! При удачном раскладе команда даже может побороться за титул. Но если с чемпионством не получится, то Лига чемпионов или Лига Европы – уж точно более чем достижимые цели.

– А сколько игр в чемпионате Германии нужно провести, чтобы получить медаль?
– Если честно, не узнавал. Думаете, того матча, который я уже провел, может не хватить? Надеюсь, я получу шанс провести необходимое количество встреч и отпраздную вместе с «Баварией» чемпионство. Сразу две медали за сезон – это было бы невероятно!

– Ваш агент Ахмет Булут заявил, что уйти из «Спартака» вы решили из-за конфликта между Россией и Турцией. Это действительно так?
– Это вы должны спросить у моего агента. Если он так сказал, пусть и дает комментарии по этому поводу.

– Булут пояснил: на одном из матчей болельщики сожгли турецкий флаг – и вас это сильно огорчило. Неправда?
– Позвоните агенту и уточните, что он имел в виду. Это его слова.

– Каковы шансы, что вы вернетесь в Россию?
– Что скрывать, я бы хотел остаться в «Баварии». Но я всего-навсего арендован, у меня действующий контракт со «Спартаком». Какая-то конкретика появится месяца через два, не раньше.