Роман Шаронов: Оборонительность футбола Бердыева – просто штамп

- Два года назад вы говорили: «Пытаюсь убить в себе игрока». Получилось?
- Это было очень важно. В конце карьеры у меня была возможность пойти учиться на тренерскую лицензию категории А. Поступил, но затем, переговорив с Лексаковым, руководителем тренерской Академии, ушел с курса. Посчитал, что внутренне не готов к новому этапу, - говорит Шаронов. - Хотел понять, действительно ли я этого хочу? Тогда стал много времени проводить в академии «Рубина», ездил на стажировки и год назад снова пошел учиться на тренера. И вот недавно получил лицензию категории B. Не жалею, что не сделал этого сразу. Сейчас учусь на лицензию категории А и мне очень интересен процесс. А когда только закончил карьеру, мне хотелось играть.

- Сейчас вы тренируете молодых игроков в академии «Рубина». В чем главная проблема детско-юношеского футбола?
- Есть несколько факторов. Один из них – погоня за сиюминутным результатом. Не во всех академиях, но во многих. Даже на детско-юношеском уровне некоторые игры чемпионата России превращаются из футбола в мясорубку. Мое виденье, что ребята должны, прежде всего, понимать игру. А когда они с раннего возраста загоняются в жесткие, тем более оборонительные, схемы, никакого обучения не будет. Так в детях убивают креатив, и из них вырастают односторонние игроки.

- Какой выход?
- Считаю, игроков академии и молодежных команд должен контролировать спортивный отдел клуба. Задача тренера обучать, но он не может и не должен решать, кто перспективный, а кто - нет. Конечно, он имеет право высказать свою точку зрения, но не более того. Это не я придумал - так работают в Европе. И спрашивать с тренеров академий нужно не за результат и медали, а за прогресс игроков. Кстати, спортивный отдел в Европе контролирует не только талантливых ребят, но и работу тренеров, их прогресс. Взять, например, Гвардиолу. Как он возглавил «Барселону»? Сначала была молодежка. В него верили, видели потенциал. Что-то похожее было с Зиданом в «Реале».

- Чем особенным запомнились стажировки?
- Если говорить о поездке в «Атлетик», то восхищает, как они в ограниченных условиях, в которых за команду могут играть только баски, умудряются воспитывать хороших игроков, держать уровень в чемпионате Испании. В «Вильярреале» понравилось, что все команды – от детских до взрослой – тренируются вместе, на соседних полях. Обедают в одних столовых. И тот момент, о котором я говорил: спортивный отдел в «Вильярреале» не просто контролирует и следит за игроками академии, но и говорит тренерам разных возрастов, кто и сколько из ребят должен получать игрового времени. Считаю, это правильно. Тренер сегодня есть, а завтра – нет. Должен быть более системный анализ будущего молодых футболистов.

- Вы посещали тренировки Грасии в «Рубине». Полезный опыт?
- Да. Мне было интересно посмотреть, как в разных ситуациях тренер и его штаб управляют командой. Какие-то нюансы я брал на заметку, что-то – нет. Но не собираюсь копировать чужие тренировки. Считаю, это неправильно.

- Есть понимание, что у испанца не получилось в «Рубине»?
- Сложно сказать. Для этого надо быть внутри команды, участвовать в самом процессе. Он ведь приехал в команду, где было много иностранцев - старожилов, новичков. Из них всех нужно было слепить коллектив. Удалось это или нет, лучше спросить у самого Грасии.

- Означает ли возвращение Бердыева, что решение убрать его из клуба – было ошибочным?
- На эту тему уже все высказались. И никто не говорит такие слова, как «убрали», «ошибка». Он просто вернулся в «Рубин» - и это хорошо. Я ведь тоже уходил из клуба в 2004, а потом спустя четыре года возвращался. Тогда мы с Бердыевым посмотрели друг другу в глаза, и никто не думал, ошибка или не ошибка. Важно, что мы вместе и хотим сделать клуб лучше. Думаю, с такими же мыслями вернулся и Курбан Бекиевич. И это самое главное.

- В «Ростове» он стал сильнее как тренер?
- Думаю, да. Та непростая ситуация, в которую он попал, сделал его еще сильнее, изощреннее. Знаете, говорят, он - оборонительный тренер. Это не так. Да, он любит организацию в командных действиях. Но в этом сезоне мы видели, что у «Ростова» достаточно высокий прессинг, агрессивная вертикальная игра, быстрый переход из обороны в атаку, минимум поперечных передач. По-вашему это оборонительный стиль? Мне кажется, нет. И, кстати, мне такой футбол тоже импонирует.

- В сезоне – 2009 «Рубин» одержал 10 разгромных побед в 30 матчах. Такого в истории чемпионатов России никогда не было.
- Еще одно подтверждение, что разговоры про оборонительность – просто штамп. Но ничего страшного – Бердыев на это не обращает внимание.

- У вас в карьере был удивительный момент – поездка на три месяца в Китай в шанхайский клуб «Фуабей». Как попали туда?
- На одну из тренировок приехали китайцы, предложили поехать к ним. Финансы, конечно, сыграли немаловажную роль. В дубле я получал около 100 долларов, китайцы предложили 1000. Нужно было помогать родителям, поэтому поехал. Пусть пробыл там всего три месяца, но в дальнейшем эта поездка мне помогла. Закалила.

- Что особенно запомнилось?
- Никогда не забуду тест Купера. Только сдав его, ты мог попасть в заявку на чемпионат. Но повезло, что в нашей команде тренер не делал упор на беговую работу. Большая часть тренировок строилась на работе с мячом.

- Говорят, к китайцам местные тренеры очень строго относятся: заставляют ходить строем, отбой – строго в девять-десять часов.
- Это от тренера зависит. С нами работал лояльный в этом плане специалист. Все было нормально.

- С китайской медициной познакомились?
- Ходил как-то к массажисту на иглоукалывание – мышца забилась. Он мне тогда сильно помог, нашел точки, проколол. И через два дня стало заметно легче.

- Самый непростой момент в карьере?
- Переломный момент случился почти в 30 лет, когда я уехал из «Рубина» в «Терек». Тогда только осознал, что футбол от меня уходит. Не скажу, что плохо тренировался, но выкладывался не на сто процентов. Потом – «Шинник», первая лига. И когда появился шанс вернуться в «Рубин», понимал, что это последняя возможность снова попасть в большой футбол. Не думал, ни о зарплате, ни о чем, и начал тренироваться так, как, думаю, должен был работать всегда. Об этом, кстати, говорю и своим ребятам в школе «Рубина». Стараюсь, построить тренировочный процесс так, чтобы они делали все на максимуме, но не из под палки, а осознанно пришли к этому.

- Когда уходили в «Тереке», не было страшно?
- Мы жили не в Грозном, а в Кисловодске. Клуб был на стадии становления. Проблем никаких не было.

- Общались с Кадыровым?
- Лично – нет. Он приезжал, разговаривал с командой, переживал за нас.

- Давайте о Кубке Конфедераций. Как вам сборная России?
- К сожалению, полностью матч против Новой Зеландии не видел. Победили – молодцы. Кто-то говорит, что, мол, соперник невысокого уровня, но сейчас нет слабых команд. В любом случае – это первый шаг. Общую картину покажет весь турнир.

- Вы чего ждете?
- Хочется увидеть прогресс по игре и, естественно, по результату.

- Впервые за долгое время у России, кажется, появились защитники, способные заменить Игнашевича и братьев Березуцких – Джикия, Васин, Кутепов.
- Всегда говорил, что у нас есть игроки. Но нужно доводить их до ума. Опять же: говоря о центральных защитниках, мы возвращаемся к юношескому футболу. Если в детстве защитнику не дают идти с мячом, делать, может быть, рискованные передачи, то у него никогда и не появится первого паса. А это сейчас одно из важнейших качеств защитника, помимо классических – отбора, единоборств. Закладывая эти базовые вещи и такие, как первый пас, удар, мы поможем игроку не бояться потерять мяч, не зажиматься в определенные рамки. Страх никогда никому не помогал.