Честный силовой прием или фол?

Дмитрий Громов, он кто? Принципиальный молодой человек, отстоявший свое законное профессиональное право на кусок белого хлеба? Или соучастник банального отката, при первой возможности сдавший подельника?

Сначала я прочитал исповедь молодого хоккеиста, которая сегодня перед читателем. Нарисовался образ упорного-несгибаемого парня. Его пытались обделить-обмануть – но он не дался. Храбро пошел против течения. Одно смутило: не он обратился в милицию, прессуемый менеджером Поповым, а милиция его нашла. Большой уже мальчик, должен бы понимать: милиция наша редко когда сама спешит на выручку. А значит, ты включаешься – или не включаешься – в чужую игру, более крупную, чем твоя частная борьба.

«Прогнал» ситуацию на своем сыне, почти Димином ровеснике. Он «въехал» быстро и четко: «Если мне назначена зарплата – она вся моя. Если плохо работаю – только тогда какой-то разговор. С милицией не связался бы ни за что».

«А если б тебя гнобили, житья не давали?» – спросил я. «Довели бы – ушел бы». – «А если нельзя – контрактом ты привязан к этому рабочему месту?» – «Вот пусть по контракту и платят». Круг замкнулся. Парень выдал мне железную логику. Несколько оторванную, правда, от хоккейных реалий.

А затем я прочел материалы «явки с повинной» менеджера Попова. Больше похожие на правду нашей хоккейной-футбольной жизни, чем трогательная история про «фонд Юрия Деточкина». Хотя, возможно, менеджер Попов на самом деле отдавал деньги из громовской зарплаты нуждающимся. Такая, понимаешь, загогулина. Но в этом контексте Дима Громов выглядит иначе – сформировавшимся дельцом. И в Череповец его не большой зарплатой приманили – а сам напросился. А потом ловко воспользовался случаем, в лице повстречавшейся вдруг милиции, чтобы вывернуться из-под ярма «оброка».

Воспользовался удобным для развития карьеры череповецким шансом – а исподволь готовил силовой прием? Защитник Громов на такие, говорят, мастак. Вот ведь вопрос-то какой интересный.

Вчера, получив номер газеты, я начал было рассказывать сыну о неизвестной ему версии произошедшего. А он: «Знаю уже». Заинтересовался. Прочитал, хотя обычно газету не раскрывает. И заявил от себя лично следующее: «Передай этому парню через газету, что он дурачок. И больше хорошей зарплаты получать не будет. Никогда и нигде».

Таков жесткий вывод моего начинающего программиста, хоть и далек он от хоккейных реалий. Но насколько выбивается из них череповецкий прецедент? И я вот что думаю: правду о череповецком деле мы узнаем из дальнейшей карьеры Димы Громова. И широту распространения «откатной» практики тоже. Если она по-прежнему широка – хоккей наш Диму отторгнет.