Бонусы букмекеров
ЭКСКЛЮЗИВХоккей. КХЛ.
Альбина Николаевна Антипова была для 21‑летнего форварда «Локомотива» невероятной, просто фантастической бабушкой. Она ездила с ним на выездные матчи, не пропускала ни одной его тренировки. Порой они возвращались с выезда, устроившись в командном автобусе на одном сиденье...
«Гипнотизировала Артема с трибуны взглядом»
– Альбина Николаевна, это правда, что Артем попал в хоккей из бани? Вчера мне об этом сказал его первый тренер.
– Да, так все и было. Борис Пушкарев его в бане заметил. Так Артем пришел в команду, где все ребята были на год старше его, а он до этого не то что не умел кататься, даже на коньках ни разу в жизни не стоял! Первые дни передвигался по площадке маленькими шажочками, вцепившись руками в борт, но быстро освоился: на третий день сам разжал ручки и поехал.
Я на всех тренировках сидела на трибуне. Сижу, а там так холодно. Но сижу. Полтора часа – не отрывая глаз. Я его как бы гипнотизировала своим взглядом, чтобы он не отвлекался...
– А Артем отвлекался?
– Там сложные упражнения делали, он же только поступил в спортшколу, думаю, надо следить за ним. И потом, когда тренировка закончится, я говорила ему в раздевалке: «Артемочка, ты не отставай от других, как бы ни было трудно!». Он отвечал: «Ладно, бабуля, ладно...».
Да он и сам не хотел отставать! А через какое-то время его перевели к ровесникам. И ему попроще стало. Дело в том, что другие мальчики стали подрастать, а он у нас такой худенький был сначала... Мы и решили с тренерами, что хорошо бы его перевести.
– Вы и в самом деле ездили с внуком на выезд?
– На все матчи, на все турниры. Я жила ради того, чтобы увидеть, как к нему придет настоящая, большая победа... Вся жизнь была положена на эту мечту! А оказалось, что все это было зря, и вместо победы пришла такая беда...
Да как же это, да за что же нам такое, господи! Как же он любил хоккей! Артем, когда маленьким с тренировки приходил, тут же снова начинал в хоккей скорей играть! У нас соседка была – пожилая женщина, так он и ее научил. И вот с одной стороны по его команде вставала Людмила Сергеевна, с другой – я. Мы как бы на воротах. Ворота – кресло или диван. Я пыталась сопротивляться: «Устала, не хочу!». «Нет, бабуля, надо играть в хоккей! – запальчиво кричал Артемка. – Я буду сейчас вам гол забивать!» И забивал! То мне, то Людмиле Сергеевне. Потом менялись: он вставал на ворота, а мы пытались забить ему!
– Играли настоящей клюшкой с шайбой на полу?
– Мячиком маленьким, резиновым. И палками.
– Тренировки начинались в шесть утра, а ему после этого еще и дома хотелось играть?
– Да! Причем в шесть часов уже на льду нужно было быть. Мы вставали – еще пяти на часах не было. А ведь нужно было и умыться, и позавтракать, и в раздевалке на катке успеть переодеться!
– Артем легко вставал или приходилось долго будить?
– Сначала просыпалась я. Готовила завтрак. Правда, по утрам он обычно ничего не ел. Булочки маленький кусочек и сырка немножко. И чай – половину стаканчика. Но я все равно готовила. А как же! Потом подходила к нему. Только дотронусь до плеча – он тут же вскакивал с кровати, умывался, садился за стол. Он у нас почти до 15 лет очень плохо ел. Но работал на тренировках и играл хорошо.
– Да, так все и было. Борис Пушкарев его в бане заметил. Так Артем пришел в команду, где все ребята были на год старше его, а он до этого не то что не умел кататься, даже на коньках ни разу в жизни не стоял! Первые дни передвигался по площадке маленькими шажочками, вцепившись руками в борт, но быстро освоился: на третий день сам разжал ручки и поехал.
Я на всех тренировках сидела на трибуне. Сижу, а там так холодно. Но сижу. Полтора часа – не отрывая глаз. Я его как бы гипнотизировала своим взглядом, чтобы он не отвлекался...
– А Артем отвлекался?
– Там сложные упражнения делали, он же только поступил в спортшколу, думаю, надо следить за ним. И потом, когда тренировка закончится, я говорила ему в раздевалке: «Артемочка, ты не отставай от других, как бы ни было трудно!». Он отвечал: «Ладно, бабуля, ладно...».
Да он и сам не хотел отставать! А через какое-то время его перевели к ровесникам. И ему попроще стало. Дело в том, что другие мальчики стали подрастать, а он у нас такой худенький был сначала... Мы и решили с тренерами, что хорошо бы его перевести.
– Вы и в самом деле ездили с внуком на выезд?
– На все матчи, на все турниры. Я жила ради того, чтобы увидеть, как к нему придет настоящая, большая победа... Вся жизнь была положена на эту мечту! А оказалось, что все это было зря, и вместо победы пришла такая беда...
Да как же это, да за что же нам такое, господи! Как же он любил хоккей! Артем, когда маленьким с тренировки приходил, тут же снова начинал в хоккей скорей играть! У нас соседка была – пожилая женщина, так он и ее научил. И вот с одной стороны по его команде вставала Людмила Сергеевна, с другой – я. Мы как бы на воротах. Ворота – кресло или диван. Я пыталась сопротивляться: «Устала, не хочу!». «Нет, бабуля, надо играть в хоккей! – запальчиво кричал Артемка. – Я буду сейчас вам гол забивать!» И забивал! То мне, то Людмиле Сергеевне. Потом менялись: он вставал на ворота, а мы пытались забить ему!
– Играли настоящей клюшкой с шайбой на полу?
– Мячиком маленьким, резиновым. И палками.
– Тренировки начинались в шесть утра, а ему после этого еще и дома хотелось играть?
– Да! Причем в шесть часов уже на льду нужно было быть. Мы вставали – еще пяти на часах не было. А ведь нужно было и умыться, и позавтракать, и в раздевалке на катке успеть переодеться!
– Артем легко вставал или приходилось долго будить?
– Сначала просыпалась я. Готовила завтрак. Правда, по утрам он обычно ничего не ел. Булочки маленький кусочек и сырка немножко. И чай – половину стаканчика. Но я все равно готовила. А как же! Потом подходила к нему. Только дотронусь до плеча – он тут же вскакивал с кровати, умывался, садился за стол. Он у нас почти до 15 лет очень плохо ел. Но работал на тренировках и играл хорошо.
«Что уж теперь думать о приметах…»
– Вы, наверное, и все забитые им шайбы помните?– Да разве можно не помнить... Как мы с ним, маленьким еще, в Рыбинск ездили и как у меня сердце замирало, когда на большом табло появлялись строчки: «Артем Ярчук, такая-то минута...».
Мы поехали туда с зятем. Он был на машине и ушел ее проверить – страшно было оставлять, мало ли... А Артем тут же снова забивает! Четыре шайбы в том матче забросил! Это не парень был… – Альбина Николаевна, не выдержав, закрывает лицо руками.
– Я с ним в стольких городах побывала. Даже в Воркуте. И в Тольятти. В Автоград мы попали на детский турнир. Артемке было 11 лет, он был уже капитаном команды, опять много шайб забил. К нему девочки подходили, брали у него интервью... Нас там очень хорошо принимали. Артему майку подарили игрока тольяттинской «Лады», вот фамилии его я уже, боюсь, не вспомню... Это был турнир его памяти... На майке фамилия и портрет...
– Вячеслав Безукладников?
– Правильно! У нас эта майка до сих пор хранится с его портретом. Она уже застиранная вся. Ой, а ведь примета плохая. Майка трагически погибшего человека... Как же я тогда не подумала об этом?!
– Альбина Николаевна, вы и сейчас не думайте, пожалуйста...
– Хорошо-хорошо, я постараюсь... И, правда, что уж теперь о приметах?!
– Мы о выездных матчах с вами говорили. Неужели вы каждый раз туда сами добирались, в вашем возрасте? Это потрясающе. Вы – удивительная бабушка.
– Бабушкой меня, кстати, Артемка никогда не называл. Другой внук – да, бабушкой. А Артем – только бабулей. На матчи я обычно на поезде ездила. На обратном пути меня уже часто сажали в автобус, с командой.
– И вы ехали с Артемом на одном сиденье?
– Он же у меня очень худенький был, мы легко там с ним помещались.
– Вы благодаря Артему так увлеклись хоккеем?
– Моя мама очень любила хоккей. Вот неграмотная была, а как она за сборную СССР болела! К футболу была равнодушна, а хоккей – это для нее было все. Как она кричала, когда наши забивали! Тогда я и подумать не могла, что сама стану вслед за ней и внуком такой же болельщицей. А я и за футболистов начала болеть. Сижу иной раз дома, смотрю футбол – наши забивают, я ликую. На весь дом! Звонит соседка из квартиры за стенкой: «Так ты тоже болеешь?! Я понимаю, когда мой муж из-за футбола с ума сходит, но ты...» Посмеялись мы с ней.
– Ваша мама успела увидеть правнука-хоккеиста?
– Моя дочь была беременна Артемом, когда мы маму хоронили. Я сейчас плачу перед сном и говорю: «Мама, к тебе придет хоккеист, ты уж не оставь его там, на том свете...»
«Мы без бабушки не поедем»
– На матчах «Локомотива» вы тоже кричали вместе с фанатами?– Еще бы! «Локо»! «Шайбу давай!» Я там была единственной бабушкой. На выезд не хотели без меня ехать. Так и говорили: «Мы без бабушки не поедем». Нас человек 14–15 из числа родителей, родственников ездили на выездные игры. Мамы с работы отпрашивались, уговаривали отпустить на важные матчи.
– Некоторые даже совсем молодые ребята в «Локомотиве» успели жениться. А ваш Артем?
– Была любовь у него. Была! Только жениться еще не думал, хотя что там было у него в голове... Он очень скрытным был в этих вопросах. Ничего не рассказывал. Только однажды...
Мы вместе были на свадьбе в Рыбинске у его двоюродной сестренки. Гуляли в ресторане на воде. Очень красивая получилась свадьба. И я вдруг, посмотрев на эту красоту, не выдержала: «Артем... Ну а ты что же?». «Бабуль! Я ради нее все отдам». И тут же смутился и дальше в том духе: «Она мне очень нравится, она меня понимает». Ушел от ответа... Со свадьбой, может быть, просто не спешил... 21 год. Но теперь уже все...
– Вы провожали его в этот страшный рейс?
– Нет. Он мне только позвонил накануне отлета. Я заметила ему, что голос у него какой-то грустный. Он вообще-то по телефону всегда скучно разговаривает. Я привыкла к этому, но в этот раз почему-то спросила: «Артемочка, ну что ты так разговариваешь, будто случилось у тебя что-то. Ты расстроен?». – «Нет-нет, тебе чудится».
Обо всех наших родных расспросил, как у них дела, как что. «Будешь ли ты играть?», – спросила я. «Нет, – говорит, – не буду». «Почему?». «Значит, так надо». «Ну вы же едете на четыре матча, уж в каком-то из них ты будешь играть?».«Бабуль, как будет, так и будет...».