Президент ИИХВ Рене Фазель: Мое сердце истекает кровью…

Вчера в офисе Олимпийского комитета России прошел брифинг с участием президента ФХР Владислава Третьяка и президента ИИХФ Рене Фазеля. На пресс-конференции побывал корреспондент «Советского спорта».

В коридоре на первом этаже установлен мемориальный стенд в память о «Локомотиве». Фотографии всех ребят, красные гвоздики, траурные ленты… Телеграммы с совершенно разными адресами – от сербской федерации хоккея до федерации прыжков на батуте России, от ХК «Амур» до ХК «Сарыарка» (Караганда)…
К журналистам вышли Владислав Третьяк и Рене Фазель.
– Весь мир знает о нашей большой трагедии, – начал речь президент ФХР. – Мы получаем много писем, телеграмм. К нам приехал президент Международной федерации Рене Фазель. Мы благодарны ему за поддержку. В четверг я разговаривал с комиссаром НХЛ Гари Бэттманом. Шведы, поляки, латыши… Очень многие страны. Все скорбят о погибших хоккеистах.
Я в четверг ездил в Ярославль. В городе тяжелая атмосфера. Мы встречались с болельщиками. В субботу с утра, перед панихидой, у нас состоится еще одно совещание в Ярославле с руководством КХЛ и «Локомотива». Мы должны решить, как будем возрождать команду.
– Я всегда рад приезжать в Россию, – сказал Фазель. – Но этот случай особенный из-за ужасной трагедии. Я очень сожалею. Позвольте выразить соболезнования от ИИХФ и МОК. Мы все молимся за погибших игроков. Мы должны вместе работать над тем, чтобы вернуть команду в Ярославль.
– У вас есть информация о состоянии здоровья Галимова?
Третьяк: – Только вчерашняя. Иногда лучше не получать новости. Значит, все нормально. Пусть Галимов будет здоров. И храни его Бог.
Саше помогают лучшие врачи. Вчера звонил доктор из Канады – хирург по пластической операции. Сказал, что готов прилететь на помощь. Я поблагодарил за поддержку… Весь мир хочет помочь – и живым, и мертвым.
– Господин Фазель, вы примете участие в траурной церемонии в Ярославле?
– В любом случае я должен был прилететь в Саранск на спортивный форум. Мои планы не изменились. Сейчас я со своими друзьями. В субботу поеду в Ярославль на панихиду.

– Прокомментируйте информацию о том, что обычному вылету чартерного «Як-42» помешали самолеты политиков, прилетевших в Ярославль на международный форум, – дальше беседу вел корреспондент «Советского спорта».
Третьяк: – Мне это трудно комментировать. Есть специальная комиссия, следственный отдел. Они сейчас разбираются в причинах катастрофы. До официального объявления мы не можем делать никаких выводов. Надо подождать, что скажут эксперты.
– Вам принципиально узнать, почему упал «Як-42»?
– Всем интересно, почему это произошло. Жизнь продолжается. Хоккеисты будут и дальше летать. Без этого невозможно проводить турниры во всем мире. И мы должны понять причину катастрофы.
– Ваше мнение о том, что перенесенные матчи КХЛ могут быть передвинуты на окна Евротура?
Третьяк: – Мы – члены международной федерации, которая узаконила эти окна. Мы их будем соблюдать. У нас новый главный тренер Зинэтула Билялетдинов. Мы готовимся к Олимпиаде в Сочи.
Еще подумаем, кого вызывать в сборную. Но Евротур должен состояться – это 100 процентов. Мы не можем не участвовать. У нас контракт с федерациями Финляндии, Чехии, Швеции. Мы обязаны в эти окна отпускать игроков. Во время паузы играем не только мы, но и Латвия, Белоруссия… У всех свои планы.
Но матчи КХЛ во время этих окон возможны. Главное, чтобы нужных хоккеистов делегировали в свои сборные.
– Я полностью согласен с Владиславом, – подтвердил Фазель. – Есть же международные правила. Сборная – это очень важно. Я уверен, что мы всей хоккейной семьей примем верное решение. Но до похорон говорить об этом не стоит. Давайте подумаем о жертвах и их семьях, а не начнем войну интересов. Сейчас время скорбеть. Мое сердце истекает кровью…

– Регулярный чемпионат КХЛ будет возобновлен в понедельник 12 сентября. И в этот же день «Локомотив» должен сыграть в Сокольниках со «Спартаком». Неужели вы думаете, что этот матч состоится?
– Мое мнение – к понедельнику состав «Локомотива» никак не соберут. Хотя чемпионат стартует, такое решение приняла КХЛ.
– Кто может стать центральным перевозчиком наших хоккеистов?
– КХЛ провела переговоры с «Аэрофлотом». Да и мне звонили. Эта компания выдвинула предложение, что она готова перевозить команды лиги. За соревнование отвечает КХЛ. Она должна принять решение совместно с клубами.
Что касается сборной, то за нее отвечает ФХР. На следующей неделе встречаюсь с представителями «Аэрофлота». Мы сделаем им предложение о сотрудничестве. Сборная не так много летает. Где-то 5–6 выездов в году. Думаю, нам пойдут навстречу.
«Як-42» – хороший самолет. Но все дело в обслуживании. Как его эксплуатируют частные фирмы? Нам трудно проверить. Вот большие компании вроде «Аэрофлота» и «Трансаэро» более тщательно подходят к эксплуатации. Я не хочу сказать, что все остальные – плохие. Но это мои мысли вслух.
И я замечу, что раньше у сборной России не было проблем с компаниями-перевозчиками. Мы всем довольны. Однако трагедия с «Локомотивом» подтолкнула нас к переменам.
– Многие иностранные спортсмены критикуют чартерную систему в России. Мол, у нас и самолеты плохие, и к перевозкам относятся халатно. Господин Фазель, вы с этим согласны?
– Я уже 30 лет путешествую по России. Летал и на «Илах», и на «Як-42». Перед тем, как бросаться словами, нужно понять – из-за чего произошла катастрофа. Может, дело совсем не в технике, а в человеческом факторе.
Безусловно, когда мы изучаем статистику за последние годы – она в России не выглядит хорошо. Самолеты падают. Я надеюсь, что этот случай с «Локомотивом» подтолкнет вас к переменам. Вы улучшите безопасность. Но лично у меня плохого опыта с российскими авиакомпаниями не было.
– У вас есть идеи, как увековечить память погибших? Болельщики предлагают переименовать Кубок Открытия в Кубок «Локомотива».
Третьяк: – Как я уже говорил «Советскому спорту», в апреле мы проведем в Ярославле два матча со словаками. В память о «Локомотиве» и Паволе Демитре, капитане сборной Словакии.
Фазель: – Через две недели в Стамбуле состоится полугодовой конгресс ИИХФ. Безусловно, мы обсудим эту тему. Уже говорили с Третьяком об этом. Может, воздвигнем мемориал в память о «Локомотиве». Это самый черный день в истории хоккея. Мы его не никогда забудем.