Алексей Алипов: Со мной выгодно охотиться – без трофея не останешься

– В медаль-матче за бронзу с итальянской парой Даша дважды промахнулась. Вы что-то ей сказали в этот момент, и дальше все пошло нормально. Что, если не секрет? 
– Сказал, чтоб не волновалась, успокоилась. Итальянцы такие же люди, и что они сейчас нам отдадут обратно наше преимущество, которое на тот момент составляло четыре очка. Так все и получилось.

– Ваша партнерша по миксту Екатерина Рабая не смогла приехать в Минск. В чем причина? 
– У Кати давние проблемы со спиной, поэтому она осталась дома.

– Вы успели на тренировках отработать взаимодействие с такой юной партнершей (в августе Дарье Семьяновой исполнится 17 лет – Прим. ред.)? 
– Конечно, имеет значение, кто твоя партнерша. И всегда хочется быть уверенным не только в себе, но в своей коллеге. У нас индивидуальный вид спорта – важно стрелять и попадать. Стреляя друг за другом, хочется видеть опору. А что касается Даши, в столь юном возрасте она уже себя проявила настоящим бойцом.

– Во время индивидуальных соревнований вы несколько раз после промаха с досады бросали гильзу в корзинку. Разве для стрелка не самое важное – сохранять спокойствие? 
– Когда видишь, как неудачно складывается начало финальной серии, бывает трудно сдержать эмоции.

– А что насчет спокойствия? 
– У нас не пулевая стрельба, наш вид энергичный, подвижный. По темпераменту стендовик должен быть сангвиником или как минимум холериком. Важно в определенный момент уметь собой управлять.

– Вы говорили перед Европейскими играми, что у вас есть только половина билета на Олимпиаду в Токио. Имели в виду олимпийскую лицензию в миксте? 
– Мы с Екатериной Рабая завоевали серебро в миксте на чемпионате мира в Корее в прошлом году. К серебру прилагалась олимпийская лицензия. Одной из целей моего выступления в Минске было завоевания лицензии в индивидуальных соревнованиях. Не получилось: я вышел в финал, где занял пятое место. Но все финалисты были без лицензии, поэтому путевку в Токио получил только победитель, стрелок из Чехии.

– На каких еще соревнованиях будет разыгрываться индивидуальная олимпийская лицензия? 
– На чемпионате Европы, Кубке мира и, наконец, на Олимпиаду можно попасть по рейтингу. Сейчас в Италии будет проходить чемпионат мира, мне очень важно на нем оказаться. Там будет возможность заработать очки для своего рейтинга. Но пока я не получил стопроцентного подтверждения, что буду в нем участвовать.

– Вы приехали в Минск в качестве действующего чемпиона Европейских игр. Не довлела мысль: непременно нужно отстоять звание?
– Ответственность всегда есть. Ты представляешь не только себя, но и страну. Но здесь такого большого давления не было. Минск для меня – практически родной дом, я не первый раз соревнуюсь на этом комплексе. Да и Белоруссия не чужая страна – жена родом отсюда, она ведь в свое время выступала за сборную Белоруссии.

– На Олимпиаде в Афинах вы выбили 149 мишеней из 150. Вам удавалось когда-нибудь повторить такой результат? 
– На тренировках и соревнованиях локального уровня повторял. На Играх в Афинах я находился в таком состоянии, которое меня посетило еще раз на Первых Европейских играх в Баку в 2015 году. Попробую описать его: это состояние некоторой невесомости и в то же время особой концентрации.

– Нужен ли стрелку вашего уровня тренер? 
– Конечно же, нужен. Такой человек должен разделять со мной горечь поражения и радость успеха. Этим человеком всегда был и остается мой отец, а также Юрий Михайлович Кашуба – легенда стрелкового спорта, который посвятил ему всю свою сознательную жизнь, так же, как и мой отец. С ним также делюсь своими впечатлениями и получаю от Юрия Михайловича должные советы.

– Как протекает тренировка у стрелков. Допустим, великий баскетболист, уникальный снайпер Дражен Петрович еще до начала утренней тренировки делал по 500 бросков. Вам тоже важно количество выстрелов? 
– Мы за количеством не гонимся. Это в пулевой стрельбе можно делать много выстрелов, не покидая огневой рубеж. У нас динамичный вид. При этом у стендовика должны быть сильные руки и крепкая спина. При отдаче мы испытываем серьезную нагрузку. Еще в советское время была рассчитана нагрузка, которую получает стрелок после одного выстрела. Она эквивалента поднятию штанги в сорок килограммов. Представляете, если мы будем делать по 500 выстрелов, получится, что за тренировку мы перелопатили две тонны. Правда, я лично по 500 выстрелов иногда делаю.

Многое зависит от внутреннего ощущения. Иногда, если есть такое желание, могу целый день провести на стрельбище с перерывами на отдых. Но перед соревнованиями нужно быть свежим. Если гнаться за количеством выстрелов, на соревнования можно приехать опустошенным.

– Вы говорили, что стрелок с возрастом становится сильнее. Получается, что сейчас вы сильнее, чем в 2004 году, когда выиграли Олимпиаду?
– Однозначно. Я и технику немного поменял и сейчас у меня в плане психологии больше понимания. Я лучше понимаю, как себя готовить к стартам. Понятно, что ты не можешь гарантировать, что все сложится именно так, как ты предполагал до старта, и в большинстве случаев я могу заранее предсказать свой результат. Допустим, в Минске я провел пару тренировок, и у меня было ощущение, что высокого результата здесь не будет.

– В чем выражалось это ощущение?
– Очень сложный стрелковый комплекс, ветреная погода. Много мишеней с зеленого фона леса, вылетает на голубой фон неба, очень сложно глазу привязаться к траектории полета мишени. Поэтому много выстрелов было на ощущениях.

– Вы решили приехать в Минск на машине. Почему не со всеми на самолете?
– Дорога хорошая, можно привести с собой лишний багаж. На самолете мы в этом плане ограничены. Согласно внутренним правилам авиакомпаний нельзя вести больше пяти килограммов боеприпасов. Это абсурдное правило, которое нас, стрелков, сильно ущемляет. Нам не хватает патронов даже на соревнования. Была и еще одна причина: как я уже говорил выше, в Белоруссии у меня много родственников и друзей. Поэтому планировал остаться в Минске после соревнований.

– Вы же охотник… 
– И очень заядлый. Всю жизнь охочусь и получаю от этого колоссальное удовольствие.

– Вашим партнерам по охоте, видимо, никаких трофеев не достается? 
– Конечно же, достается, они знают, что со мной выгодно ездить на охоту – без добычи никто домой не вернется. Им не придется заезжать на рынок и покупать тушку утки, либо кусок мяса в доказательство того, что был на охоте. У нас сложился свой коллектив, который формировался годами. На охоту люди ездят не за добычей – а за душевным покоем.

– Попрошу вас либо подтвердить, либо развеять миф о том, что заядлый охотник может попасть белке в глаз. 
– Можно, но только не из дробовика. Из нарезного ствола со снайперским прицелом можно попасть в глаз кому угодно.

– Вы стреляли из нарезного оружия?
– У меня много оружия, есть и гладкоствольное, и нарезное.

– С какого расстояния можете попасть в пятирублевую монету? 
– С трехсот метров. На триста метров, более-менее, уверенно стреляю. Большие дистанции не осваивал. Здесь уже много чего нужно учитывать – баллистику, ветер и т.д.

– Вы много лет выступаете за ЦСКА…
– К сожалению, в 2009 году пришлось снять погоны не по своему желанию. Предыдущий министр обороны (Анатолий Сердюков. – Прим. ред.) решил, что поддержка армейского спорта – нецелевое использование бюджетных средств. Тогда многие выдающиеся спортсмены вынуждены были оставить действительную военную службу не по своей воле. Погоны я снял, но продолжаю выступать за ЦСКА и за Москву.

– В каком звании ушли в отставку? 
– В звании майора. Думаю, сейчас был бы уже полковником – много чего за это время повыигрывал.

– Другими видами спорта интересуетесь – например, смотрите футбол или хоккей?
– Предпочитаю смотреть по телевизору. Особенно хоккей – очень динамичный вид спорта. Я видел вживую хоккейные полуфинал и финал на Олимпиаде в Сочи. Да, это азартно, ты в окружении большого количества людей на трибунах, но при этом пропускаешь нюансы. В этом плане по телевизору гораздо смотреть гораздо удобнее.

– Чемпионат мира по футболу смотрели? 
– Смотрел, болел, переживал. Футболисты молодцы – доставили много радости нашим болельщикам. Хочу лично благодарить футболистов и тренерский штаб за чувство патриотизма, которое они вызвали в россиянах. Но все же считаю, что за восьмое место нельзя давать звание заслуженного мастера спорта. В самой формулировке этого звания есть ключевое слова – «заслуженный». Это звание нужно заслужить, а так мы его обесцениваем.