Бонусы букмекеров
ФОРМУЛА-1
– Вы, русские, такие! – руководитель команды «Джордан» Колин Коллес делает большие глаза. – Вы всего добиваетесь! Вам все по зубам. На Олимпиадах – выигрываете, в хоккей – выигрываете. Кто еще 10 лет назад что-либо знал о вашем теннисе? А сейчас! Вы такие! Вы и в «Формуле-1» всего можете добиться.
А что? Мы можем. Спорить, когда хвалят твою страну, как-то глупо. Тем более что сейчас в «королевских гонках» о нас заговорили всерьез. Ну, почти всерьез.
Пока к России в «Формуле-1» отношение как к стране с бешеными деньгами, из которой едут миллионеры, не совсем понимающие, чего хотят. С русских спонсоров пытаются взять побольше денег. С русских пилотов – русских спонсоров. Им там в Европе и без нас хорошо. Но с нашими деньгами будет еще лучше.
Через год, впрочем, высокомерия по отношению к нашей стране должно поубавиться. Вместе с другими командами на старт «Гран-при Австралии» в Мельбурне механики выведут болид нашей конюшни. И называться он будет «Мидланд». Дело тут даже не в том, что команду содержит на свои средства российский бизнесмен Алекс Шнайдер. Все законно. Каждая команда «Формулы-1» приписана к какой-либо стране. И если гонщик этой команды выигрывает «Гран-при», то оркестр исполняет гимн именно этого государства. Так вот «Мидланд» будет зарегистрирован от России. Ждем гимна.
ПОКА МЫ ЖЕЛТЫЕ…
Впрочем, пока на этом «российскость» «Мидланда» и исчерпывается. Мы – это команда «Джордан». Много лет желтые машинки этой команды стартовали в «Гран-при» и стартовали бы дальше, если бы владелец конюшни Эдди Джордан не понял, что это хобби слишком уж больно бьет его по карману. И тогда он решился свою любимую игрушку продать. Покупатель нашелся сразу. У Алекса Шнайдера и без того было намерение заявиться в «Формуле-1». «Мидланд» появился бы в любом случае. Но раз уж так дело повернулось, Шнайдер выкупил «Джордан» за 50 миллионов евро. Теперь ему принадлежат и желтые машинки, и команда, и завод, и аэродинамическая труба. А самое главное – место в «Формуле-1». Если бы на чемпионат мира заявлялась новая команда, ей пришлось бы заплатить вступительный взнос, как раз 50 миллионов у.е. Теперь же «Мидланд» ничего платить не будет как правопреемник «Джордана». Шнайдеру не пришлось нанимать новый штат, строить завод. Просто теперь весь еще существующий «Джордан» работает на «Мидланд».
ЗАВОД НЕ ЗАВОД?
Сегодня «Джордан» – как черноморская киностудия из «Золотого теленка». Когда эра немого кино уже закончилась, а эра звукового еще не наступила. Старые легенды тут рассказывать как-то странно, а новых-то еще нет. Группу российских журналистов пригласили в Англию, на трассу Сильверстоун, рядом с которой и расположился завод «Джордана». Я как бы знаком с заводами. Завод – это когда трубы и вохровец с винтовкой Мосина. Если мои представления верны, то у «Джордана» завода нет. В роли вохровца выступает благообразного вида джентльмен в очках, вежливо кивающий входящим, не вставая с места, а роль трубы и вовсе ничто не исполняет. Все это на фоне совершенно идиллической картинки британского сельского быта. Среди буйной растительности теряются и сам завод, и даже легендарная трасса Сильверсоун. Городка, который дал свое имя автодрому, я за все время пребывания так и не увидел. По ухоженным дорожкам неторопливо пробегают кролики. Но они не знают, что такое завод…
СПЛОШНЫЕ ТАЙНЫ
Две сотни инженеров-механиков в чистых футболках и слегка, по-киношному, заляпанных фартуках чинно ходят с диковинными деталями или с умным видом склоняются над «полуфабрикатами» болидов. За год в очаровательном здании, больше напоминающем офис какой-либо торговой компании, выпускают 8–10 машин. Средняя цена каждой – 10 миллионов у.е. Сейчас тут дорабатывают болид «Джордана» на 2005 год. Новая машина может появиться на трассе уже в Турции. А наверху, в конструкторских залах, идет разработка машины-2006. Уже не «Джордана», а «Мидланда». Новый болид должен быть готов к декабрю. Впрочем, в «Формуле-1» подгонки и доработки идут постоянно. Так что в своем окончательном виде нашу машину мы увидим в 2006 году на «Гран-при Австралии».
Все детали производят прямо на месте. Сначала их изготавливают из пластилина, потом «выпекают» в специальных печах, и все это в строжайшей тайне. Я посмотрел на огромный ангар и решил взять «общий вид». Кто-то из механиков тут же отбросил какую-то деталь и рванул ко мне. Мол, дико извиняюсь, но вот это – большой секрет. Это никак нельзя фотографировать. После чего прикрыл железкой какую-то загадочную дырочку на крыле болида.
– Вот теперь – пожалуйста.
Говорят, заводы топ-команд – «Макларена» и «Феррари» – покруче, посолиднее. И служба безопасности у них посерьезнее. Впрочем, все может измениться. «Джордан» жил на скромный, по меркам «королевских гонок», бюджет. Зато у «Джордана» есть своя «аэродинамическая труба». Она располагается в отдельном здании, в нескольких километрах от завода. С ее помощью можно «обдувать» болид, создавая ему условия, максимально приближенные к боевым.
Такими трубами могут похвастаться далеко не все команды. А вот у «Джордана», то есть теперь у «Мидланда», она есть. К сожалению, создать трубу, которая могла бы обдуть настоящий болид, пока невозможно. В «Джордане» испытывают 40-процентную копию машины. Максимум, на что сейчас способны такие аппараты, – 60 процентов. Точную копию машинки создают 30 инженеров.
КОГО ОБГОНИТ «ДЖОРДАН»?
Если начнутся серьезные денежные вливания, то машины, изготавливаемые на этом заводе, могут стать куда быстрее. В «Формуле-1» любят говорить, что ничего сделать за пару лет в этом виде спорта нельзя. Но при этом показывают на «Тойоту», которая благодаря большим деньгам сумела совершить качественный рывок из аутсайдеров в команду, исправно завоевывающую очки.
Пока в «Джордане» делают ставку на надежность.
– Это мы соревнуемся с «Минарди» (команда-аутсайдер «Формулы-1». – Прим. ред.)? – возмущается Коллес. – Ерунда! Наш отрыв от «Феррари» куда меньше, чем отрыв «Минарди» от нас. Наши машины чаще других доезжают до финиша, и это большой успех. А гонка в Индианаполисе (тогда на старт вышли только три команды – «Феррари», «Джордан» и «Минарди». – Прим. ред.) наглядно доказала, кто есть кто. Мы отстали от «Феррари» на круг, но «Минарди» от нас – на два! Да должно пройти еще лет 10, чтобы они нас догнали!
Задачи у «Мидланда» на ближайшее время уже определены – добраться до середнячков чемпионата. Это возможно, если придут деньги. Денег, естественно, ждут из России.
– Русские спонсоры должны понять, – объясняет Коллес, – «Формула-1» – это фантастический шанс для продвижения своих товаров. О вас тут же узнает, без преувеличения, весь мир. У вас есть богатые банки и компании, но о них никто не знает. И не узнает, если они не придут в «Формулу-1». А куда лучше всего им приходить, как не в русскую команду?
Самое интересное – что собой будет представлять новая машина. Речь даже не о технических данных – тут все пока под секретом. Какие у нее будут цвета? Какая легенда? «Формула-1» – это еще и соревнование стилей, дизайнеров. Скучные черные машины «Минарди» тут воспринимают как нечто траурное, печальное. Все остальные веселятся как могут. «Феррари» – красные, «Макларен» – «серебряные стрелы», «Рено» – небесно-голубые. Фанаты радостно раскупают символику любимых команд. Впрочем, основной цвет и стиль выбирает генеральный спонсор. А такого у российской команды пока нет.
КТО ЗА РУЛЕМ?
В паддоках «Формулы-1» пилоты «Джордана», конечно, звезды. Но пока, увы, второй величины. Индиец Нараин Картикейян важно поднимает голову и подолгу стоит у моторхоума команды. За столиками внутри на него влюбленно глазеют многочисленные индийские родственники. Невдалеке дает дельные и подробные интервью соотечественникам португалец Тьяго Монтейро. Оба оказались в своих болидах не просто так. С каждым из них пришли солидные спонсорские контракты. И, видимо, они останутся рулить и через год. Если, конечно, новая наша команда не раздобудет спонсоров для российских пилотов.
«Формула-1» – это бизнес. Пилот из какой-либо страны – это прежде всего интерес тамошней публики, а значит, и тамошнего рынка. Русский пилот у «Джордана» тоже есть – это Роман Русинов. С ним заключен контракт как с тест-пилотом, но пока он еще не управлял машиной.
– Через год, скорее всего, за руль «Мидланда» сядут все те же Монтейро и Картикейян, – рассказывает Коллес. – Но русский гонщик нам необходим. Русинов – лучший на сегодня российский пилот, и уже со следующего года он будет тестировать нашу машину. А уже потом можно будет подумать о том, что он станет призовым пилотом. И дело тут, конечно, не только в деньгах. Просто Роман еще молод, у него нет опыта в «Формуле-1». Если кто-то думает, что можно просто сесть за руль болида и всех обогнать – это заблуждение. Тут нужен опыт. И следующий сезон Русинов будет его набирать. Сначала станет «пятничным» пилотом, а там посмотрим.