Отар Кушанашвили. Квартирный ответ

Наш тонкой душевной организации обозреватель, прочитав интервью с двукратным олимпийским чемпионом по пятиборью Андреем Моисеевым (см. «Советский спорт» от 22 июля. – Прим. ред.), не смог смолчать.

Я, между прочим, отчетливо помню, как Моисеев побеждал в Пекине. Мы не так часто в последнее время побеждаем, чтобы каждый раз, когда это случается, не врезался в память. Андрей Моисеев – один из немногих, кто позволяет нам всем ходить с высоко поднятыми головами, озаряя, пусть на какое-то время, даже на минуту, нашу Вселенную, полную не очень приятных и легких дум, волшебным светом праздника.

Я, между прочим, пусть не дословно, помню его интервью сразу после афинского триумфа, когда он посвятил его всем нам и родному Ростову. Тут самое время ввернуть красивость вроде: «И глаза его горели священным огнем высшей правоты» или что-нибудь о «победном свечении». И никто бы меня хотя бы за давностью не упрекнул за этот милый сердцу высокопарный вздор. Но ведь я помню, что наш герой едва дышал и еле находил слова. Две Олимпиады подряд – и я, как безнадежный киноман, уверяю вас, что американцы соорудили бы на основании двух этих великих побед великую сагу о взлете человеческого духа!

В интервью, опубликованном в родной газете 22 июля, наш герой говорит, что за победу в Китае ему «подарили» ту же квартиру, что четырьмя годами ранее. Что раньше она была служебной, а теперь ему великодушно позволили ее приватизировать. Это интервью унижает каждого из нас, только осваивающих тонкое искусство любви к своей Родине. Оцепенеешь тут, если гордость моей страны, ударяясь в арифметику, за которую другой Моисеев, Боря, даже не встанет с постели, говорит: «Я не бедный, если там и там помаленьку получаешь – жить можно».

Что-то мне подсказывает, что случаи Моисеева не единичны. Я думаю, мы очень быстро приближаемся не к очередной Олимпиаде, где будем в голос требовать от Моисеева и его коллег побед, а к отметке, за которой нет ни стыда, ни совести, ни гордости, ни самой Родины, а только мордатые чинуши, всегда берущие только одним: особой, лишь им подвластной концентрацией наплевательства на всякий многозначительный миг победы, который нам дарят наши ребята.