Роман Власов: Мне тошно читать гадости об Универсиаде

У Романа перебит нос, на шее свежая ссадина.

- Да... И кто-то еще смеет утверждать, что мы тут дурака валяем? Мне просто тошно читать гадости об Универсиаде, тошно, понимаете? У нас в одной только тяжелой весовой категории сегодня схватились два чемпиона мира. Я в первой же схватке пережил дежавю, когда вышел на Арсена Джулфакяна, с которым боролся в финале лондонской Олимпиады. Четыре раза мы встречались, все четыре встречи я выиграл, но тяжело с ним, это династический борец, его отец олимпийский чемпион, все свои секреты передал сыну... Где вы тут видите избиение монстрами профессионалами младенцев? Правильно сегодня сказал президент нашей федерации Михаил Мамиашвили: «В последние годы мы стали получать удовольствие, доказывая самим себе собственную ущербность».

- Когда я пришел в военкомат, там не поверили, что я олимпийский чемпион. А я и не говорил об этом. Кто-то меня узнал... «Да это же Роман Власов!». Рядом тут же начали опровергать: «Да что вы, это шутка, не может быть...». Я молчал. Все расслабились. Шутка! Но когда на следующий день выяснилось, что это так и есть, люди оторопели. Во главе с военкомом. Стали допытываться, зачем мне это нужно, не фильмов ли я насмотрелся. Странно мне было такое слушать .Какие фильмы?! Каждый должен служить, когда я пришел в военкомат я очень удивился этой реакции, этому повышенному вниманию ко мне. Да что тут особенного? Это же обычная вещь, когда мужчина идет служить в армию.

- Чушь собачья. В шесть утра в казарме: «Рота, подъем!», и бежим чистить снег.

- Еще одна чушь. Мы нормально одеты. Ватники, теплые шапки, рукавицы. Я служу вместе со спецназом! Знаете, как там тренируются? Нам, борцам, такое и не снилось. Четверо ребят из моих сослуживцев два месяца назад ездили на спецоперацию в Дагестан. Один из них не вернулся. Погиб. Я не могу об этом говорить, слезы на глаза наворачиваются. Такой хороший парнишка... Да там все ребята потрясающие. Настоящие.

- Они просто глупцы, они лишают себя настоящей жизни. Они наслушались сказок, что в армии все плохо и поверили в них. Я тоже думал, что меня ждет там скверная солдатская еда, судил по тем представлениям, которые нам пытаются зачем-то внушить. А кормят там нормально, отлично кормят. Я борец, я привык на сборах хорошо питаться, но тут у меня никаких нареканий, ничем не хуже, чем на сборах! Знаете, эти ребята, которые не хотят служить и выбрали себе участь дезертиров на долгие годы... Они обкрадывают самих себя! Они подменяют настоящую жизнь трусливыми перебежками из укрытия в укрытие. А я всегда жил иначе. Нельзя отворачиваться от жизни, я очень люблю стихи Лермонтова: «Есть упоение в бою, и бездны мрачной на краю...».

- Конечно! После Олимпиады я хотел отдохнуть год. Очень устал, правда. Но Александр Александрович Карелин просто взял и подарил мне диск с документальным фильмом о великом русском борце Медведе. Я посмотрел этот фильм... и не захотел никуда уходить. Какой отдых, какой отпуск, если мне 22 года, и сил сколько угодно?! Только бейся, иди к новым целям, новым высотам. Без этого все бессмысленно. Цели нужно искать постоянно, и ставить их перед собой, и добиваться. Карелин сказал: «Правильно, Рома. Не обкрадывай самого себя!». Если бы я начал отдыхать, я украл бы огромный год и не у кого-нибудь, а у себя. Кто мне его вернет? Никто и никогда. Только в греко-римской борьбе я получаю такие эмоции, меня захлестывают такие чувства.... Когда ты стоишь на пьедестале... Этого не передать. Все остальное — за пределами ковра, за пределами зала это так бледно, так скучно. За исключением армии, конечно!

- Не буду обманывать. Картошку не чистил, в нарядах не был.

- Научили.

- 30 секунд.

- Рядом со мной всегда были такие люди, как Карелин, как мои тренеры... Они не дали бы мне ошибиться.

- Ошибки были... В личной жизни. Не в борьбе. Но я не хочу о них рассказывать. Я принял решение полностью закрыться после одного отвратительного инцидента. Я прилетел из Лондона в Новосибирск, меня в аэропорту встречали журналисты, кто-то спросил, сколько я заработал за победу на Олимпийских играх, я честно ответил. Другой попробовал узнать, не собираюсь ли я жениться, есть ли у меня девушка. Я сказал, что мечтаю и о семье, и о доме, и это моя, наверное, самая большая мечта. В телевизионном сюжете все это связали таким образом: «Роман Власов заработал на Олимпиаде миллионы, и теперь ищет невесту, девушки, не упустите счастливый случай!». Как это мерзко... Причем здесь деньги? Как это можно связывать с любовью, с семьей? И как это было преподнесено: в духе пошлых глянцевых журналов...

Да, я совершал ошибки в личной жизни, в остальном — нет. Я не курю, не пью, я учусь в университете, служу в армии, тренируюсь и выигрываю медали для своей страны.

- Одну. В пять лет. Попробовал — мне не понравилось.

- Не умею. Я с детства хожу с аритмией, мой врач, которая меня с тех пор наблюдает, знает об этом. Ирина Вячеславовна. Аритмия от перетренированности... Когда в семнадцать лет меня оперировали, у меня была тяжелая травма плеча, хирург, который ставил мне в плечо пластину, позвонил Ирине Вячеславовне: «Скажите этому парню, пусть срочно бросает спорт, он уже весь искалеченный, что же дальше будет?». Она ответила: «Этот не бросит. Он станет олимпийским чемпионом». После моей победы на Олимпиаде тот хирург вспомнил этот разговор и позвонил Ирине Вячеславовне снова...

- Нет. Я выдержу. Я ведь уже все объяснил. Я не хочу ДРУГОЙ ЖИЗНИ. Травмы — это испытание. Бог смотрит на тебя, ему интересно: «Сломаешься, или нет?». Если ты выдержал, у тебя все будет хорошо. Очень много слабых людей. Им посылают испытание, чтобы они их прошли и стали сильными. А они не понимают... Сбегают. Или жалуются.