В хоккей играют настоящие Бразильцы! В МХЛ появился удивительный нападающий

Правда, Леонардо Фурер бразилец лишь наполовину: его отец – швейцарец. Зато играть в атаке он умеет в лучших традициях футбольных собратьев с пляжей Копакабаны – набрал уже 11 (6+5) очков в МХЛ и выбился в лучшие бомбардиры «Ред Булл».

– Мой отец был профессиональным хоккеистом, играл в швейцарском «Берне», – рассказывает Фурер. – Как-то его команда стала чемпионом и в качестве награды получила отпуск в Бразилии. В одном из банков папа и встретил маму, она работала там кассиром. Красивая бразильянка настолько ему понравилась, что он каждый день стал ходить в банк и менять по 20 швейцарских франков на местные деньги. А потом забрал ее с собой в Швейцарию!

– Не все так просто, я обожаю играть в футбол! Есть только одна проблема: у меня обе ноги – левые, – улыбается Леонардо. – Так что пришлось отказаться от футбола в пользу хоккея.

– Я был в Рио-де-Жанейро всего пару раз на каникулах, причем последний раз – в 12 лет. И тогда, увы, было не до футбола. Умерла бабушка… – вздыхает бразилец.

– Имя выбирал папа, и почему он остановился именно на этом – я, признаться, не знаю.

Несмотря на то что он всю жизнь прожил в Швейцарии, Леонардо прекрасно знает нравы и устои Бразилии. Видно, мама не забывала напоминать, что у парня есть и вторая родина.

– Мечта. Очень хочу увидеть его живьем. Столько о нем слышал… Мама рассказывала, что в Бразилии говорят так: «Родиться и не увидеть карнавал – прожить зря!».

– Увы, нет. Мечтаю научиться.

– Партнеры по команде не дадут соврать – я никогда их не надевал, – снова улыбается Леонардо. – Вы правильно сказали – это миф, пусть и красивый.

– Конечно! Читал Пауло Коэльо – самого знаменитого бразильского прозаика. Но он у меня тяжело шел. Зато понравились очерки бразильских заключенных о жизни за решеткой. В стране есть закон – написал книгу в тюрьме, и тебе укорачивают срок…

– За отборочными раундами особо не следил – я вообще болею не за сборную Бразилии, а за пару швейцарских клубов. Зато, когда был в России, остался в восторге от Санкт-Петербурга. Даже фото этого красивого города в твиттере выложил, чтобы читатели мне позавидовали.
Стоит сказать, что на вопросы интервью Фурер отвечал по-английски. Хотя легко мог и по-немецки, по-итальянски, по-французски и даже по-португальски. Хотя у нас тут вышел спор…

– В Бразилии используется бразильский язык, а не португальский! – уверяет Леонардо. – Они все-таки отличаются. Откуда у меня такая тяга к языкам? С немецким и бразильским все понятно. Итальянский выучил, потому что папа наполовину итальянец. А французский – потому что отец какое-то время работал во франкоговорящей части Швейцарии. Из всех этих языков только по-итальянски я не умею писать…

«Советский спорт» предложил Леонардо Фуреру продолжить пять самых знаменитых в России фраз о Бразилии. И вот что из этого вышло…

– Животных? – предположил Фурер. – Ах, обезьян?! Да, в Бразилии действительно много обезьян. Наверное, этот фильм очень популярен в вашей стране.

2 – Сборная России станет чемпионом мира по футболу, когда сборная Бразилии станет…
(фраза короля футбола Пеле)

– Чемпионом мира по хоккею? – угадывает Леонардо. – Правильно?! Обалдеть! Я, конечно, прекрасно знаю, кто такой Пеле, но этой его фразы никогда не слышал.

3 – Бразильская система: вы забьете сколько сможете, а мы…
(фраза бразильского тренера Висенте Феолы после двух побед на чемпионате мира)

– Будем стараться не пропустить? – выбирает оборонительный вариант Фурер. – Мимо? Ну, я хоть и бразилец, но не футболист…

4 Из Ливерпульской гавани, всегда по четвергам,
Суда уходят в плаванье…
Плывут они в Бразилию, Бразилию, Бразилию.
И я хочу в Бразилию – …
(песня на музыку Сергея Никитина и слова Редьярда Киплинга)

– Играть в футбол! – похоже, Леонардо так привык к футбольным вопросам, что предположил, что даже в наших мультфильмах только и делают, что поют про этот вид спорта. О «далеких берегах» он даже не подумал…

5 – Да, это вам не…
(фраза Остапа Бендера)

– Шутка? – как ни пытался корреспондент «Советского спорта» объяснить Леонардо, что надо угадать всего лишь бразильский город, английский язык это сделать не позволил. Да уж, эту фразу Остапа Бендера вряд ли бы поняли в Рио-де-Жанейро, о котором он так страстно мечтал…