- Это зависит от желания самих спортсменов. Именно они подняли волну своим отказом ехать в Россию, а не международная федерация. Причем многие не назвали причин отказа. Когда чиновники федерации увидели, сколько человек отказывается ехать в Сочи, то поняли, что чемпионат под угрозой срыва. И теперь оказалось, что надо работать и с национальными федерациями разных стран, чтобы их спортсмены не делали заявлений об отказе ехать в Россию. Но это пагубная тенденция. До чего мы тогда дойдем? Это же сплошная политика, про спорт даже разговора нет. Разве что-то в Сочи угрожает безопасности спортсменов?
- Надо читать не только доклад, но комментарии самого Макларена к докладу. На пресс-конференции он четко сказал, что сейчас в России таких проблем с применением допинга, которые были раньше, нет. Макларен сказал, что он анализировал только данные за период с 2011 по 2015 годы. К 2016 году у него нет никаких претензий.
- Потому что спортсменам не доносят всю информацию. Думаю, ответы Макларена на пресс-конференции в Лондоне после его доклада никому не показали. А ведь он говорил, что сейчас к России претензий по допингу нет. Нашу страну наказали за прошлые прегрешения.
- Да, это так. И все будет зависеть от решения спортсменов. Если они не проявят солидарность со своими коллегами из России, тогда мы ничего не сможем сделать. Это в 1980-м на Московской Олимпиаде нас поддержали многие страны во время бойкота. Сейчас спортсмен сам решает. А все права на турнир по данному виду спорта принадлежат международной федерации. И здесь мы ничего не сможем сделать. К сожалению, спортсмены поддаются мировой пропаганде и русофобским настроениям.
- Голландцы могут. Особенно если Кубок мира пройдет на тех, дистанциях, где сильны наши ребята.
- Это полное бескультурье и невоспитанность. По Кулижникову уже всем все объяснили. Он был оправдан полностью даже по несчастному мельдонию.
- Я не работаю в федерации и в Минспорта. Я – депутат Госдумы, но Дума точно не тратила деньги на этот турнир. Но, думаю, надо судиться. Отстоять право на проведение чемпионат мира мы уже не сможем, но отсудить какую-то компенсацию, видимо, возможно.

